Полезные ресурсы: кто помог Леониду Михельсону впервые возглавить список Forbes

У Михельсона есть одна важнейшая способность — он умеет своевременно подбирать нужных партнеров. Пожалуй, самый ценный из них — друг Владимира Путина Геннадий Тимченко.
Летом 2005 года инвестбанкиры Павел Малый из UBS и Питер О’Брайан из Morgan Stanley летели через Атлантику. В США им предстояло провести неделю в ходе подготовки IPO независимого российского производителя газа компании «Новатэк». Садясь в самолет, они знали, что книга заявок на акции «Новатэка» уже переподписана в несколько раз и спрос находится на верхней ценовой границе. Посовещавшись, Малый и О’Брайан прямо в самолете предложили основному владельцу и главе «Новатэка» Леониду Михельсону повысить цену размещения. Тот отказался, так как уже назвал диапазон цен и считал неправильным «суетиться, пытаться выиграть какую-то копейку». Банкиры удивились, ведь речь шла все же не о копейках — бизнесмен пренебрег десятками, если не сотнями миллионов долларов. И уговорам Михельсон не поддался. «Бизнесмен не должен быть жадным», — закончил разговор c инвестбанкирами владелец «Новатэка».

Размещение акций газовой компании прошло по верхней границе диапазона, по итогам IPO капитализация «Новатэка» составила $5,1 млрд. В 2006 году состояние Михельсона достигло $3 млрд (26-е место), а в 2016 году он возглавил список Forbes c состоянием $14,4 млрд.

Михельсон мечтал, чтобы капитализация «Новатэка» была $100 млрд, но не из-за денег и не для того, чтобы продать, а потому что хотел создать большую компанию, рассказывает его знакомый. За прошедшие 10 лет «Новатэк» и Михельсон прошли чуть больше четверти пути к намеченной цели — от небольшого газодобывающего предприятия до компании стоимостью $27 млрд (54% капитализации «Газпрома»).

Очень жесткий, прямой, компетентный, трудоспособный — так описывают Михельсона люди, которые работали с ним в разное время.

«Не разменивается на мелочи, видит главное и готов на серьезные шаги, благодаря этому производит огромное впечатление на людей из ближнего круга», — говорит инвестбанкир, знакомый с Михельсоном. Сам он от интервью для этой статьи отказался.

При всех перечисленных достоинствах Михельсона у него есть еще одна важнейшая способность — он умеет своевременно подбирать нужных партнеров. Пожалуй, самый ценный из них — друг Владимира Путина Геннадий Тимченко.

Семья строителей

Михельсон считает, что не все можно измерить деньгами. В его представлении богатство не главное, главное, чтобы он что-то создал, рассказывает его знакомый. В 1990-е годы в России было три независимых производителя газа: «Нортгаз» Фархада Ахмедова, «Итера» Игоря Макарова и «Новатэк» Леонида Михельсона. И только один из них остался в газовом бизнесе, а его владелец возглавил список Forbes. Инвестбанкир, знакомый со всеми тремя бизнесменами, считает, что все дело в целеполагании. Для Фархада Ахмедова цель — роскошь: особняк на Солянке, замок, яхта на Средиземном море, и «Нортгаз» для него был некой ступенькой. Для Макарова — пафос: офис рядом с «Газпромом», участие в важных мероприятиях, большая дружба с предыдущей командой, стоявшей у руля монополии. Но, когда «Газпром» возглавил Алексей Миллер, места для Макарова уже не было.

Цель Михельсона — стройка: он вышел из прорабов и гордится этим.

«Михельсон сам с лопатой в первых рядах — это черта, которая вызывает уважение. Он строитель в широком смысле этого слова. Все время создает что-то, и для него это имеет ценность», — говорит бизнесмен, хорошо знакомый с Михельсоном.

Сын строителя, Леонид Михельсон попал на тюменский север из Самары после института — прорабом на стройку газопровода Уренгой — Челябинск. Вставал в шесть утра и, перед тем как идти на работу (планерка начиналась в семь), за завтраком мог выпить водки — работать ему приходилось с особенным контингентом. В строительное управление, где работал Михельсон, в основном отправляли вчерашних зэков. С ними прораб особо не церемонился, и, когда милиция уводила зэков со стройки за плохое поведение, Михельсон часто слышал в свой адрес: «Мы с тобой еще на зоне встретимся».

Но ему попадались и очень приличные люди. На севере Михельсон научился работать с любым контингентом, рассказывает его знакомый. Водку он с тех пор не пьет, предпочитает вино и даже коллекционирует его. Тюменский север Михельсона по-настоящему зацепил. Там все делалось на пределе возможностей, ему, наверное, это и нравилось, считает его знакомый. И когда Михельсона звали в Самару на стройку метрополитена, назад он уже не хотел, строить газопроводы ему больше нравилось.

В 1984 году 29-летнему Михельсону предложили стать главным инженером треста «Рязаньтрубопроводстрой», хотя сам он мечтал работать у отца, который возглавлял другой трест — «Куйбышевтрубопроводстрой». В 1987 году Виктор Михельсон тяжело заболел. Его сын уволился из «Рязаньтрубопроводстроя» и несколько месяцев был без работы, пытался перейти на работу в «Куйбышевтрубопроводстрой», чтобы заменить отца. Но до этого никому не было дела. Пока отец болел, в трудовом коллективе начались склоки, каждый из его замов хотел занять место начальника треста и каждый занимался предвыборной кампанией, поэтому коллектив распадался на группировки. Леонид Михельсон называл это потом извращенной формой демократии в рамках одного коллектива, рассказывает его знакомый.

Решить проблему с назначением Михельсона-младшего в «Куйбышевтрубопроводстрой» помог знакомый отца из горкома партии. Через несколько дней после того, как сын принял дело отца, 71-летний Виктор Михельсон умер. Спустя несколько месяцев Леонид Михельсон уволил всех потенциальных претендентов на место главы треста. Не потому что боялся, что его подсидят, а из-за того, как они вели себя, когда отец умирал, говорит его знакомый.
Партнер геолога

«Типичный русский олигарх свои активы получил по дешевке, оказавшись в нужное время в нужном месте. Как получил свою компанию Михельсон? Он ее построил, ведь до Михельсона такой компании не было», — говорит инвестбанкир. Когда Михельсона как-то спросили, как появился «Новатэк», он отшутился, что, мол, объединились два нищих — строитель и геолог, рассказывает знакомый Михельсона. Строителем был сам Михельсон, геологом — Иосиф Левинзон. Геологи могли получать лицензии, но у них не было денег для разработки месторождений, а строители могли прокладывать газопроводы и обустраивать месторождения.

Впрочем, в шутке Михельсона про нищих была лишь доля шутки.

На излете советской власти при низких ценах на нефть трест Михельсона был практически банкротом.

В начале 1990-х он вместе с трудовым коллективом приватизировал «Куйбышевтрубопроводстрой» и назвал строительную компанию «Нова», но это был скорее пассив, чем актив: тысячи хороших, но никому не нужных специалистов. Михельсон метался по всей Западной Сибири, где был основной фронт работы, и искал заказы. «Нова» получала подряды на месторождениях в Ямало-Ненецком округе. Денег у заказчиков не было, поэтому за работу они рассчитывались своими акциями. Так у Михельсона появилась небольшая доля (7%) в «Таркосаленефтегазе», дочке «Пурнефтегазгеологии». Незадолго до этого, в 1993 году, Михельсон познакомился со своим будущим партнером — Иосифом Левинзоном, возглавлявшим «Пурнефтегазгеологию». В 1996 году Левинзон стал вице-губернатором Ямало-Ненецкого округа.

Михельсон всегда злится, когда слышит предположения, что Левинзон, работая во власти, обеспечил его лицензиями. Большинство лицензий «Пурнефтегазгеология» получила до того, как ее партнер поменял работу, а Юрхаровское месторождение (на него сегодня приходится более 60% добычи «Новатэка») компания купила у структур Кахи Бендукидзе, рассказывает его знакомый. По данным Роснедр, к 1994 году, когда структура Михельсона начала скупать акции «Пурнефтегазгеологии», у компании были лицензии на Комсомольское, Западно-Таркосалинское и Восточно-Таркосалинское месторождения, Известинский, Усть-Пурпейский, Ханчейский, Кынско-Часельский участки и еще 21 участок в нескольких районах Ямало-Ненецкого АО. В 2001 году у «Новатэка» уже был контрольный пакет «Пурнефтегазгеологии». «Ведомости» тогда писали, что эта компания владеет информацией о 334 залежах углеводородов, суммарные запасы которых составляют 1,5 млрд т нефти, 150 млн т газоконденсата и 4 трлн куб. м газа.

«Новатэк» поднимал газ из месторождений, которые «Газпрому» были неинтересны, отмечает инвестбанкир. Бывший правительственный чиновник вспоминает, что в начале 1990-х годов «Газпром» добровольно отказывался от газовых месторождений. «Великодержавный» «Газпром» не считал нужным заниматься мелкими месторождениями, а мелкими считались месторождения с запасами менее 500 млрд кубометров газа, подтверждает бывший топ-менеджер монополии. Иногда впоследствии выяснялось, что реальные запасы намного выше. Именно так произошло, например, с Юрхаровским месторождением — главным добывающим активом «Новатэка».

В 1995 году Роскомнедра отказали «Газпрому» в выдаче лицензии на этот газоносный участок. Позже, по данными СМИ, «Пурнефтегазгеология» предлагала эту лицензию «Газпрому», но концерн отказался: извлекаемые запасы Юрхаровского месторождения оценивались всего в 9 млрд кубометров. В 2001 году извлекаемые запасы Юрхаровского (C1 + C2) уже превышали 300 млрд кубометров, а в 2003 году на запуске месторождения в промышленную эксплуатацию Михельсон заявил, что за два года доразведки суммарные запасы газа выросли до 1,3 трлн кубометров (извлекаемые C1 + C2 — около 780 млрд).

Могли ли быть у Левинзона данные о реальных запасах месторождений? Геологическая информация — это такая сложная материя, объясняет бывший правительственный чиновник: реальные запасы измерить невозможно до тех пор, пока не выкачаешь весь газ или нефть, поэтому сложно разобраться, где был умысел в занижении запасов, а где просто произошла ошибка. Так или иначе, отмечает бывший топ-менеджер «Газпрома», но на карте газоносности региона можно найти множество мелких и не очень месторождений, которые каким-то образом в свое время были подобраны разными структурами.

Специфика газового бизнеса в России такова, что любое газовое месторождение еще нужно монетизировать, ведь запасы предстоит не только добывать, но и транспортировать, продавать — то есть иметь доступ к единой системе газоснабжения. В нефтяной сфере благодаря реформам трубопроводы были выделены в отдельную структуру — «Транснефть», и доступ к трубе получили десятки компаний. «Газпром» же свою трубу до сих пор охраняет как зеницу ока. И с помощью этого безотказного инструмента монополия имела возможность довести до банкротства любого, кто решился добывать газ в России. Бывший топ-менеджер «Газпрома» считает, что помочь «Новатэку» с доступом к трубе мог губернатор Ямала Юрий Неелов (возглавлял регион с 1994 года в течение 17 лет), заместителем которого был Иосиф Левинзон. Руководитель главной газоносной провинции страны, уверен он, безусловно имел влияние даже на «Газпром», тем более что он входил в совет директоров монополии.

Партнер друга президента

«Я очень удивлен тем, какая трансформация произошла с Михельсоном. Я был уверен, что его сожрут, как и остальных независимых производителей», — рассказывает бывший правительственный чиновник.

После ухода Рема Вяхирева из «Газпрома» команда Алексея Миллера начала возвращать активы, разбежавшиеся при прежнем менеджменте. «Ушла дочка, погуляла и должна вернуться» — фраза заместителя предправления «Газпрома» Александра Ананенкова относилась как раз к этому сюжету. Фархаду Ахмедову в 2005 году пришлось вернуть «Уренгойгазпрому» контрольный пакет компании «Нортгаз», работавшей на Северо-Уренгойском месторождении с запасами более 300 млрд кубометров газа. Игорь Макаров не захотел продавать контрольный пакет «Итеры» «Газпрому». И «Газпром» вытеснил его компанию с рынков сбыта стран СНГ и убил на корню попытку запустить Береговое месторождение, не давая доступа к трубе.

Были проблемы и у «Новатэка». В 1996 году тюменская «дочка» «Газпрома», «Запсибгазпром», получила 20% «Пурнефтегазгеологии» с обязательством привлечь в компанию $51,4 млн. В дальнейшем предполагалось, что «Запсибгазпром» увеличит пакет до контрольного, но получилось наоборот: в ходе нескольких допэмиссий пакет «Запсибгазпрома» был размыт до 4,17%, а структура Михельсона «Новафининвест» получила контроль над предприятием. Новый менеджмент «Газпрома» несколько лет оспаривал допэмиссии и ограничивал доступ «Новатэку» к трубе. «Мы пришли к ним, сказали: зачем же вы применяете ресурс?» — объяснял Михельсон в интервью Forbes в 2005 году. Стороны пошли на мировую: в обмен на ничего уже не стоящую долю в «Пурнефтегазгеологии» «Новатэк» передал «Газпрому» лицензию на Западно-Таркосалинское месторождение с запасами 381 млрд кубометров. Впрочем, проблемы «Новатэка» на этом не закончились. В разгар road show IPO в 2005 году Ямальская прокуратура оспаривала консолидацию активов газовой компании, в ее офисах проходили обыски. Михельсона и руководство компании пытались обвинить в выводе активов в офшоры, отмывании денег и в том, что они теперь все продадут в Лондоне, вспоминает бывший правительственный чиновник. «Параллельно шло уголовное преследование разных бизнесменов, поэтому в «Новатэке» очень боялись, что все это плохо закончится», — рассказывает он. Страхи были напрасными,  а с «Газпромом» удалось договориться.

Незадолго до IPO «Новатэк» начал сотрудничать с Газпромбанком (основным владельцем был «Газпром»). Банк купил у «Новатэка» блокпакет «Тамбейнефтегаза», которому принадлежала лицензия на Южно-Тамбейское месторождение с запасами свыше 1,2 трлн кубометров. Еще через год акционером «Новатэка» стал «Газпром», купив 19,39% акций за $2,34 млрд. Именно председатель правления Газпромбанка Андрей Акимов помог Михельсону в 2008 году обрести главного партнера в бизнесе — Геннадия Тимченко 5. «Михельсон — одиночка, но оставаться одному опасно, — вспоминал знакомый банкира. — Ему не нужен был индустриальный партнер, но при этом ему необходимо было выходить из узкого мирка в международный бизнес». Акимов приложил усилия, чтобы партнерство Михельсона и Тимченко состоялось, ведь поначалу они воспринимали друг друга настороженно.

Леонид Михельсон — очень недоверчивый человек, отмечает инвестбанкир. «Зачем Тимченко нужен «Новатэку»? У него есть опыт международных проектов, имя среди западных банкиров и значительный административный и финансовый ресурс, — рассказывает знакомый Акимова. — В общем, подходит всем тем, что в комплексе называется «приемлемостью лица». Тимченко тогда жил в основном за границей, и покупка доли в «Новатэке» была для него нетривиальной сделкой — в России к тому времени уже сложился набор игроков на газовом рынке.

Михельсон до Тимченко и после Тимченко — это два разных человека.

Такую фразу произносили почти все собеседники Forbes. Вот как это запомнил бывший топ-менеджер «Газпрома». До 2008 года Михельсон, будучи уже миллиардером, скромно ходил по кабинетам на Наметкина, 16 (центральный офис «Газпрома») и предлагал идеи, которые никого не интересовали. Михельсон хотел, например, получить долю в компании «Север-энергия» (запасы 1,3 трлн кубометров газа), опцион на контрольный пакет которой был у «Газпрома». Предложение Михельсона в «Газпроме» тогда проигнорировали. Все изменилось в 2008 году, после того как Тимченко стал акционером «Новатэка» с пакетом в 5,07% акций. С тех пор пакет Тимченко увеличился до 23,5%, а Михельсон на переговорах с «Газпромом» сидит за одним столом с Миллером, рассказывает собеседник Forbes.

С 2008 года «Новатэк» в 2,5 раза увеличил свои запасы. Состоялась и сделка с «Северэнергией»: «Газпром» реализовал свой опцион, а потом продал эту компанию СП «Новатэка» и «Газпром нефти» за $1,8 млрд. «Мало того что «Газпром» продал компанию по затратам, так еще и подписал соглашение о закупке газа с Самбургского месторождения по беспрецедентно высокой цене — 1800 рублей за 1000 кубометров, а в среднем «Газпром» покупал газ у независимых производителей по 800–900 рублей. Абсурд какой-то!» — говорит бывший топ-менеджер «Газпрома».

В 2011-м партнерство Михельсона и Тимченко вышло за пределы «Новатэка». Годом ранее Михельсон выкупил у Газпромбанка крупнейшую нефтехимическую компанию страны, «Сибур», и предложил новое партнерство акционерам «Новатэка» — Тимченко и французской Total. «Я давно присматривался к этой компании, но тогда «Газпром» ее не продавал, — рассказывал Тимченко в интервью Forbes в 2012 году. — Он пришел и сказал: слушай, у нас с тобой так хорошо получается в «Новатэке», может быть, ты захочешь стать партнером еще в одной компании?» Предложение он принял и купил 37,5% «Сибура».

В декабре 2010 года компания «Миракл», подконтрольная Михельсону, купила 50% «Сибура» у Газпромбанка за 75 млрд рублей, взяв кредит в том же Газпромбанке. Почти через год компания Dellawood Holdings (бенефициары Михельсон, Тимченко и менеджеры «Сибура») купила оставшиеся 50% акций. После сделки «Миракл» был присоединен к «Сибур холдингу», а Dellawood стала владельцем 100% «Сибур холдинга». Таким образом, Михельсон получил 57,5% компании, Тимченко — 37,5% и менеджеры — 5%, а долг оказался на балансе «Сибура». Чистый долг «Сибура» на 31 декабря 2010 года составлял 43,3 млрд рублей (0,74 EBITDA), на 31 июня 2015-го — 232,2 млрд рублей (1,82 EBITDA).

В 2014 году Тимченко продал 17% акций «Сибура» Кириллу Шамалову, сыну Николая Шамалова, еще одного хорошего знакомого Путина, сократив свою долю до 15,3%. Кирилла Шамалова СМИ называют зятем президента России.

В декабре 2015 года к ним присоединился еще один партнер — китайская компания Sinopec, которая заплатила за 10% «Сибура» $1,34 млрд. В результате сделки доля самого Михельсона сократилась с 50,2% до 43,2%.

Как акционеры участвуют в жизни компании? Тимченко видят в «Сибуре» совсем редко — только на совете директоров, с приходом Шамалова его роль еще уменьшилась. Михельсон сначала глубоко погружался в дела компании, он хорошо понимал сырьевую часть бизнеса, потому что она пересекается с бизнесом «Новатэка». Но теперь в «Сибуре» у него скорее позиция финансового инвестора, в отличие от «Новатэка», где «он все знает досконально, подробно, детально, лучше, чем большинство его сотрудников».
Партнер государства

У Михельсона есть личный самолет, что неудивительно: ведь в воздухе он проводит сотни часов, летает в Японию, в Китай или добирается до Сабетты — вахтового поселка газовиков на Ямале. «Михельсон не может не быть на Сабетте с определенным интервалом. Иначе он перестанет спать», — иронизирует знакомый с ним бизнесмен. Там у «Новатэка», пожалуй, самый большой проект за всю историю компании — строительство завода по сжижению газа для дальнейшего экспорта на азиатские рынки через Северный морской путь. Об этой стройке Михельсон регулярно докладывает президенту Путину. Планируется, что завод заработает в 2017 году, его продукция уже законтрактована.

Бывший правительственный чиновник вспоминает, что идея заняться производством СПГ у Михельсона возникла еще в середине 2000-х годов, до прихода в «Новатэк» Тимченко. Но возможность заняться таким масштабным проектом, как «Ямал СПГ», появилась благодаря Тимченко.

После того как в 2006 году «Новатэк» продал Газпромбанку блокпакет в «Тамбейнефтегазе», владелец контрольного пакета компании Николай Богачев переоформил лицензию на другую компанию — «Ямал СПГ», а потом перепродал ее «Металлоинвесту» Алишера Усманова 3. Тимченко выкупил ее и продал «Новатэку» уже контрольный пакет (51% компании) за $650 млн. Гигантское Южно-Тамбейское месторождение рассматривалось раньше как будущая ресурсная подпитка на случай, если у «Газпрома» сократится добыча на Ямале. Сам Богачев рассказывал Forbes в 2005 году, что возьмется разрабатывать месторождение, только если будет построен завод по сжижению газа и инфраструктура для его вывоза морем. Этим и занялся Михельсон.

Под реализацию этого проекта «Ямал СПГ» получил беспрецедентный пакет льгот. Компания не платит НДС на ввоз оборудования, к ней не применяются требования, касающиеся размера контролируемой задолженности относительно размера собственного капитала, «Ямал СПГ» имеет налоговые и таможенные льготы на добываемый газ. В 2014 году «Новатэк» подпал под санкции США и Евросоюза, но именно тогда компании нужны были деньги на проект. И государство выделило «Ямал СПГ» 150 млрд рублей из Фонда национального благосостояния, а кроме того, оно финансирует строительство порта Сабетта на Ямальском полуострове. В свою очередь, власти Ямало-Ненецкого АО (регион теперь возглавляет Дмитрий Кобылкин, который работал в «Пурнефтегазгеологии») одобрили свой пакет льгот для «Ямал СПГ»: компания освобождена от уплаты налога на имущество на 12 лет, а также будет платить пониженный налог на прибыль в размере 13,5%. Михельсон создает новую нефтегазоносную провинцию с выходом на новые рынки, и такие льготы для «Ямал СПГ» нужно было давать независимо от того, кто это строил, считает знакомый с ним инвестбанкир.

Эта история очень полезна для бизнеса, рассуждает бывший топ-менеджер «Газпрома», потому что «в конце концов она сможет запустить реформу газовой отрасли и разрушить тупик, в котором мы находимся в связи с монополией «Газпрома». В марте 2016 года стало известно, что Леонид Михельсон попросил президента Владимира Путина разрешить «Арктикгазу» (эта компания входит в «Северэнергию») экспортировать трубопроводный газ через «Газпром экспорт». Президент пока думает. 
Юрию Шевчуку суд напел штраф
Шевчук на заседании не присутствовал, но передал через адвоката антивоенное заявление.
В МВД запахло «Энергогазом»
«Энергогаз» готовится к новой продаже актива за 1,8 миллиарда. Долю в «Научном-6» реализуют с помощью публичного предложения.
Сенатор Арсен Каноков купил сеть премиум-супермаркетов «Глобус Гурмэ»
Сеть премиум-супермаркетов «Глобус Гурмэ» сменила владельца. Российские рестораторы Аркадий Новиков и Антон Пинский продали ретейлера группе «Синдика» сенатора Арсена Канокова.
У Татьяны Бакальчук клевые «Ягодки»
Новая надпись расположена на главной странице сайта, при этом ссылка на страницу не изменила, и приложение в Google Play все еще называются Wildberries
Лиокумович прикупил OBI за 600 рублей
Закрытие бизнеса в России немецким OBI GmH стало одной из самых драматичных историй исхода иностранных компаний с российского рынка.
Тиньков наговорил Дерипаске на 2 миллиарда рублей
Дерипаска подал иск к Тинькову из-за оскорбительных высказываний в одной из соцсетей. Он требует взыскать с бизнесмена компенсацию 2 миллиарда рублей. Эту сумму в случае победы Дерипаска планирует направить на благотворительные проекты
СИБУР посчитал жильцов непрофильным активом и выставил на продажу
Тренеры спортклубов «Нижнекамскнефтехима» боятся, что могут остаться без крыши над головой.
Скандальных фармацевтов госпрограммой не вылечить
За реализацию инициативы Министерства науки и высшего образования о развитии лекарственной промышленности в России намереваются взяться фармакологические компании с неоднозначной репутацией.
Рекламный рынок попилят Мирзояны и Керимов
Эксперты считают, что поправки в "Закон о рекламе" буквально убьют рекламный рынок. Зато так не считают братья Леван и Роберт Мирзояны, которые могут стать главными выгодополучателями от изменений в законодательство.
Вышка «Мегафона» намозолила самарским военным глаза
Оператор настаивает, что пока не может перенести оборудование без ущерба для абонентов.
«Россельхозбанк» хочет отщипнуть от «Русского хрома»
Банкиры заявляют об угрозе вывода активов за рубеж.
У Шмакова отобрали 34 санатория
Генпрокуратура РФ через суд вернула профсоюзные курорты государству.
Экс-банкир Трепов не успел добежать до Грузии
Бывшего депутата Госдумы арестовали за хищения.
Уголовные дела за разлив нефтепродуктов "Норникелем" закончились пшиком
Сотрудников управления по делам ГО и ЧС освободили от ответственности за загрязнение Арктики.
Сын Пумпянского жалуется на тяжелую жизнь в Швейцарии
Сын уральского миллиардера Пумпянского считает родиной Швейцарию, но вынужден переехать в Турцию.
Исайкин рвет все связи с «Волга-Днепр»
Крупнейшая российская грузовая авиакомпания меняет владельца.
Вексельберг схлестнулся с человеком Кадырова за бизнес в Златоусте
Юристы ищут миллиарды в ВС РФ. Кредиторы бьются за контроль в деле о банкротстве электрометаллургического завода
Венгерские банкиры закрывают в России счета: OTP Bank задумался о продаже российской «дочки»
Венгерский OTP Bank сообщил о возможности продажи российской дочерней структуры — ОТП Банка.
Tchibo выплеснула российский кофе
Четвертый производитель кофе в мире Tchibo продал российский бизнес местному менеджменту, со следующего года появится новый бренд. С февраля Tchibo приостановила поставки кофе и маркетинг в России.
Вячеслава Лебедева позвали в «Перекресток»
Компания намерена пожаловаться председателю Верховного суда, а затем в Конституционный суд.