«Арктика» легла в дрейф

Атомным ледоколом займутся ФСБ и Генпрокуратура.
12.07.2017
Строительство головного атомного ледокола ЛК-60Я «Арктика» потребовало вмешательства Владимира Путина — только он смог принять решение сдвинуть проект с 2017 года на 2019 год. Серийные «Сибирь» и «Урал» сдадут в 2021 и 2022 годах. Срыв сроков, одной из ключевых причин которого стал конфликт РФ с Украиной, может обернуться скандалом: президент уже поручил принять «кадровые и организационно-управленческие решения», Счетная палата, Генпрокуратура и ФСБ начнут проверки. Ответить могут и заказчик «Росатом», и подрядчики, в частности Объединенная судостроительная корпорация (ОСК). Но источники “Ъ” не ждут громких увольнений, ведь проект запускался еще когда «Росатом» возглавлял первый замглавы администрации президента Сергей Кириенко.

Как стало известно “Ъ”, в мае Владимир Путин поручил перенести срок сдачи головного атомного ледокола ЛК-60Я «Арктика» с 2017 на 2019 год. Кроме того, президент потребовал принять кадровые и организационно-управленческие решения в связи со срывом госконтракта. Параллельно Счетная палата, Генпрокуратура и ФСБ должны провести проверку проекта, рассказали “Ъ” два источника, знакомых с ситуацией; факт поручения подтвердили в ОСК. Связаться с пресс-секретарем президента Дмитрием Песковым не удалось, в «Росатоме» от комментариев отказались.

О строительстве «Арктики» ФГУП «Атомфлот» (владеет атомными ледоколами, подконтролен «Росатому») и ООО «Балтийский завод — судостроение» (БЗС, входит в ОСК) договорились в 2012 году. Деньги на ледокол — 37 млрд руб.— выделил бюджет. В 2014 году был заключен контракт еще на два ледокола серии — «Сибирь» и «Урал» — на 84,4 млрд руб. «Арктика» должна была быть сдана в конце 2017 года, «Сибирь» — в конце 2019 года, «Урал» — в конце 2020 года. Как рассказал “Ъ” источник в ОСК, просьба БЗС к «Атомфлоту» о переносе сдачи «Арктики» на середину 2019 года вызвала бурную реакцию: ФГУП передало ее в «Росатом», тот в правительство, а затем — в Совбез. В итоге обращение добралось до Владимира Путина.

По словам источника “Ъ” в аппарате правительства, письмо прошло через профильного вице-премьера Дмитрия Рогозина, а перед отправкой документа президенту на совещании с участием представителей Совбеза (секретарь Николай Патрушев) и коллегии Военно-промышленной комиссии (ВПК, глава — Дмитрий Рогозин) стороны разошлись в путях решения проблемы. Совбез настаивал, что сроки не должны меняться, члены коллегии иронично предложили «попытаться найти технического специалиста», который бы сказал, что это реализуемо. Вчера, по данным “Ъ”, господин Рогозин дал ОСК, «Росатому», «Киров-Энергомашу» (КЭМ, входит в ОАО «Кировский завод») и другим причастным к постройке ледокола структурам поручение, в котором обязал их согласовать итоговые графики постройки. В ОСК говорят, что в ближайшее время руководство «Росатома» и корпорации планирует провести выездное совещание в КЭМе и на БЗС по срокам завершения работ и необходимым мероприятиям.

Ключевой проблемой «Арктики» стали турбины. Их должен был поставить украинский Харьковский турбинный завод, но после 2014 года поставщика пришлось заменить на КЭМ. Источник “Ъ” в правительстве говорит, что серьезных технических сложностей нет: на стенде КЭМа проходит испытание первая турбина, вторая должна быть испытана к октябрю. В ОСК “Ъ” пожаловались на кадровые проблемы, большой временной разрыв в реализации подобных проектов, утрату компетенций, переделку техпроекта и документации.

В целом подрядчики ледокола перекладывают вину в срыве сроков друг на друга. Так, в ОСК считают, что слабыми звеньями кооперации стали изготовители паротурбинных установок (КЭМ) и системы электродвижения (ФГУП «Крыловский государственный научный центр» — Крыловский ГНЦ). На Кировском заводе “Ъ” сообщили, что на протяжении исполнения контракта по «Арктике» проходят проверки, которые «не выявляют каких-либо нарушений законодательства со стороны завода». В компании добавили, что Крыловский ГНЦ более чем на два года задержал поставку генераторов. Исполнительный директор Крыловского ГНЦ Михаил Загородников считает, что в задержке сроков есть вина ОСК: конкурс проводился пять месяцев, при этом, хотя техпроект был готов в 2009 году, рабочее проектирование началось лишь в 2013 году (подробно о взаимных претензиях ОСК, КЭМа и Крыловского ГНЦ — см. “Ъ-Онлайн”). В Генпрокуратуре, Счетной палате, ФСБ на запросы “Ъ” не ответили. В Минпромторге говорят, что вопрос на контроле его руководства, а ОСК с заинтересованными сторонами принимает меры по вхождению в график.

По словам источника “Ъ” в правительстве, «разбор полетов» затронет должностных лиц ОСК и «Росатома», которые не уведомили заранее о сложностях, поставив Белый дом и Кремль перед фактом срыва госконтракта. Собеседники “Ъ” в отрасли признают, что с поиском ответственных за срыв могут возникнуть сложности: подрядчики для «Арктики» отбирались экс-главой «Росатома» Сергеем Кириенко, ныне занимающим должность первого заместителя главы администрации президента. Поэтому громких увольнений ждать не стоит, убежден один из источников “Ъ”. БЗС также просрочил сроки сдачи и дизельного ледокола ЛК-25 «Виктор Черномырдин», и ПАТЭС «Академик Ломоносов». По данным “Ъ”, в конце 2015 года вопрос об отставке главы БЗС Алексея Кадилова рассматривался в ОСК, но решение не приняли. При этом источник “Ъ”, близкий к «Атомфлоту», убежден, что «Арктику» не сдадут и к середине 2019 года. Но, по данным “Ъ”, на уровне ОСК вопрос о смене гендиректора БЗС с мая не поднимался.

Директор консультационного центра «Гекон» Михаил Григорьев полагает, что основной причиной срыва сроков стала просрочка поставок с Кировского завода. Недостаточно отлажена работа с поставщиками, не до конца определены объемы финансирования, отмечает эксперт. Сейчас в эксплуатации находятся атомные ледоколы «Таймыр» и «Вайгач», ресурс их атомных установок продлевается, что не может происходить бесконечно, рассуждает господин Григорьев, когда уйдет ледокол «Ямал», из класса «Арктика» останется только ледокол «50 лет Победы». По его мнению, если к 2022 году будет всего четыре ледокола, этого недостаточно, так как прогнозируется резкое увеличение грузопотока с нефтяных и газовых месторождений, с «Востокугля» и «Норильского никеля», есть попытки увеличить транзит по Севморпути. К 2022 году должно быть построено как минимум два новых двухосадочных ледокола, считает эксперт.

Но пока бизнес не выражал однозначного спроса на новые ледоколы. Так, собеседники “Ъ” на рынке полагают, что задержка с ледоколами не окажет серьезного влияния на работу платформы «Приразломная» и Новопортовского месторождения «Газпром нефти» или проект НОВАТЭКа «Ямал СПГ». «С “Приразломной” и Нового порта танкеры ледового класса и так идут без ледоколов, газовозы для “Ямал СПГ” проектировались для самостоятельного движения во льдах»,— говорит источник “Ъ”. По его мнению, отсутствие достаточного количества ледоколов может сузить окно отправки СПГ с Ямала на восток до июня—октября. Нельзя исключать, что газовозам зимой может требоваться ледокольная поддержка при входе в судоходный канал в Обской губе, но с этим могут справиться находящиеся в строю ледоколы типа «Арктика».

Как подрядчики ледокола «Арктика» объясняют срыв сроков сдачи

Вину за вынужденный перенос сроков сдачи головного ледокола серии 22220 «Арктика» на 2019 год ключевые подрядчики проекта возлагают друг на друга. В Объединенной судостроительной корпорации (ОСК, исполнитель контракта) одной из ключевых причин называют низкий темп изготовления заводом «Киров-Энергомаш» (КЭМ, входит в ОАО «Кировский завод») паротурбинной установки при полностью выполненных ООО «Балтийский завод — Судостроение» (БЗС, структура ОСК) обязательствах по финансированию работ. По серийным ледоколам 22220 «Сибирь» и «Урал» проблемы с поставками замещаемого оборудования решены, за исключением тех же паротурбинных установок, добавляют в корпорации. Неоднократные проверки по проблемным вопросам строительства «Арктики» проводятся по инициативе ОСК уже давно, и там отмечают, что направляли обращения в правительство и Генпрокуратуру, были возбуждены административные и уголовные дела. ОСК и БЗС приняли необходимые меры, позволившие сжать разрыв сроков до одного года, хотя поставщики спровоцировали двухлетнее отставание, утверждают в корпорации. Сейчас БЗС в суде взыскивает с КЭМа неустойки за срыв сроков (см. “Ъ-СПб” от 12 марта). Административные и кадровые решения могут быть приняты и исполнены уже после выполнения ключевой задачи — достройки «Арктики», считают в ОСК.

На Кировском заводе говорят, что проверки по «Арктике» «не выявляют каких-либо нарушений законодательства со стороны завода», и сетуют на задержку поставки генераторов Крыловским ГНЦ более чем на два года. Первый генератор получен КЭМом в сентябре 2016 года, второй — в конце января этого года. КЭМ также инвестировал 1,4 млрд руб. (в том числе 0,5 млрд руб. из займа Фонда развития промышленности) в строительство стенда испытания турбин мощностью до 75 МВт, говорят на Кировском заводе, напоминая, что изначально испытания предполагалось провести на стенде украинского «Турбоатома», что стало невозможно в текущей внешнеполитической ситуации.

Исполнительный директор Крыловского ГНЦ Михаил Загородников возлагает часть вины в задержке на ОСК, которая затянула на пять месяцев конкурс на поставку оборудования для БЗС, что сократило ГНЦ время на разработку. Он добавляет, что большую роль сыграл разрыв между техническим и рабочим проектированием ледокола: «Техпроект был готов в 2009 году, а рабочее проектирование началось в 2013 году. Нам пришлось перепроектировать все системы, что не входило в наши обязательства по контракту».

Собеседник “Ъ” в судостроительной отрасли считает, что проблемы в строительстве «Арктики» «на 80% объективны». «У БЗС есть сложности с техдокументацией: заказчика устраивают далеко не все технические решения, которые предлагают создатели,— замечает он.— Многие решения отправляются на доработку, что объяснимо: изделие сложное, ледоколы такой мощности строятся у нас впервые. Надо отметить, что заказчик выделил достаточно денег на строительство и в этом плане не обидел завод». Гендиректора БЗС Алексея Кадилова источник “Ъ” считает «грамотным управленцем», но отмечает, что Балтийский завод в свое время потерял «слишком много сильных кадров».