Алмазы для сына Иванова и "Магнит" для зятя Лаврова

Кто зарабатывает на алмазах АЛРОСА, деньгах ВТБ и скважинах «Татнефти».
08.06.2021
«Наша Версия» продолжает рассказывать о том, как устроен бизнес крупнейших компаний с госучастием. Они часто пользуются привилегиями, поскольку в числе акционеров числится Российская Федерация или правительство какого-нибудь региона. Однако значительная доля прибыли уходит частным инвесторам. Причём во многих случаях анонимным.

Сергей Иванов, Юрий Трутнев и алмазы АЛРОСА

Компания со звучным названием, которое расшифровывается как «Алмазы России – Саха», родилась из советского треста «Якуталмаз». Сегодня на её долю приходится 95% добываемых в России алмазов. А с учётом своих африканских мощностей АЛРОСА является мировым лидером по добыче алмазов.

В 1998 году компания стала государственным закрытым акционерным обществом, а в 2011-м преобразовалась в открытое, то есть акции стали доступны частным собственникам. После чего тут же в числе совладельцев появился кипрский офшор Wargan Holdings Limited, в котором сама АЛРОСА вроде бы имела долю, а кто там был ещё в совладельцах, теперь пойди разбери. Известно, например, что в 2011–2012 годах 1–2% акций компании принадлежали структурам Саида Керимова, сына сенатора Сулеймана Керимова. Однако информация об этом просочилась в прессу только после того, как акции были кому-то проданы. Причём Керимовы потеряли на этой сделке не менее 28 млн долларов, подсчитали тогда «Ведомости».

В 2013 году АЛРОСА созрела до IPO, то есть процедуры вывода акций на открытую биржевую торговлю. В таком случае компания обязана раскрыть структуру своего акционерного капитала. Тогда же стало известно, что 9% акций было включено в котировальный список А1 ММВБ без предварительного публичного размещения. Можно сделать вывод, что эти бумаги достались неким структурам на непрозрачных условиях, вне торгов.

В ходе IPO на свободную продажу выставили 16% акций. В итоге примерный список акционеров стал выглядеть так: федеральные органы власти (43,9%), госструктуры и муниципалитеты Якутии (25% плюс одна акция), фонд американского миллиардера Джорджа Сороса, американский инвестиционный фонд Lazard, британский фонд Genesis, инвестфонд Oppenheimer, консорциум инвесторов во главе с Российским фондом прямых инвестиций и «ВТБ Капитал». «В целом более 80% акций АЛРОСА из размещённого на Московской бирже пакета приобрели иностранцы, 14% – российские инвесторы», – сообщал ТАСС.

В 2016 году премьер-министр Дмитрий Медведев подписал распоряжение по продаже ещё 10,9% государственных акций компании. На бирже они тут же разошлись как горячие пирожки. И опять примерно 80%, по данным «Коммерсанта», досталось иностранным инвесторам. В итоге доля РФ в компании снизилась до 33,0256%, а частных инвесторов – возросла до 34% (большая часть этих акций теперь в руках европейских и американских инвесторов).

Те, кто вложился в акции АЛРОСА, не прогадали: за пять лет их рублёвая цена выросла более чем вдвое. В долларах тоже выходит плюс, хоть и чисто символический. Так что в первую очередь инвесторы зарабатывают на дивидендах. По итогам 2020 года акционерам будет выплачено 9,54 млрд руб­лей (дивидендная доходность в пересчёте на цену акции составит 8,5% годовых в рублях). Однако примерно половина прибыли остаётся в распоряжении менеджмента компании. Распоряжаются огромными суммами правление и наблюдательный совет. Обоими органами руководит Сергей Иванов-младший (его отец, выходец из КГБ, известен как экс-министр обороны и руководитель администрации президента). Зарплаты функционеры бриллиантового монополиста получают соответствующие. По итогам 2019 года членам правления суммарно было выплачено 860 млн рублей, то есть в среднем по 143,2 млн на человека.

«Татнефть» озолотила Шаймиевых, но обижает Минниханова

Согласно решению о приватизации «Татнефти», принятому в 1993 году, трудовому коллективу отошло 41,34% акций, руководству предприятия – 5%, Татарстану – 40%, инвестиционным фондам – 15%, а деловым партнёрам предприятия было предложено приобрести 3,66% по номиналу. Если бы такой расклад сохранился до наших дней, то рабочие-нефтяники стали бы очень богатыми людьми. К примеру, только за 2020 год компания выплатит дивидендов более чем на 50 млрд рублей! Однако в начале 2000-х акции у рабочих кто-то целенаправленно скупал. В итоге уже к концу 2020-го пакет трудового коллектива составлял всего около 8%. Брокеры утверждали, что за скупкой стоит менеджмент компании – тогда «Татнефть» возглавлял Шафагат Тахаутдинов. Возможно, так и было, недаром же в 2013 году «Форбс» включил Тахаутдинова в список самых «дорогих» топ-менеджеров России с доходом 12 млн долларов. Сейчас Тахаутдинов входит в совет директоров «Татнефти», кроме того, ему принадлежит 0,116% уставного капитала (исходя из стоимости компании в 2020 году – 15,18 млрд долларов – доля Тахаутдинова может стоить 17 с лишним миллионов долларов).

Помимо Тахаутдинова на рубеже веков в менеджменте компании влияние имели и люди из семьи первого президента Татарстана Минтимера Шаймиева. В 1998 году «Коммерсантъ» писал: «Татнефть» (явно с подачи Шаймиева) решила ввести в состав совета директоров новых людей. Председателем совета стал дальний родственник президента министр экономики и промышленности, вице-премьер Татарии Ринат Губайдуллин. Достались места в совете и близкой родне Шаймиева – сыну Радику и племяннику Ильшату Фардиеву».

Как бы там ни было, но к сегодняшнему дню структура акционерного капитала «Татнефти» сильно изменилась. 34% принадлежит юрлицам, подконтрольным республиканскому правительству. Остальное распределено между частными держателями. Крупнейший из них (с долей 24,5%) – американский Citibank.

Цифра

421 млрд рублей в виде дивидендов выплатили в бюджет в прошлом году госкомпании, долями которых владеет Росимущество. Это примерно 2% от общих доходов бюджета. Они составили 20,3 трлн рублей

Есть ли среди прямых бенефициаров компании Шаймиевы, проверить невозможно. Но очевидно, что семья первого президента республики получала от нефтяников бонусы через фирму «ТАИФ». Когда-то компания создавалась как татарско-американский инвестиционный фонд и занималась внешнеторговой деятельностью, но быстро перешла под контроль частных лиц, в том числе сыновей Минтимера Шаймиева Радика и Айрата. Сейчас ТАИФ контролирует ключевые нефтеперерабатывающие активы в республике и ещё много какие бизнесы. Но первоначальный капитал был сделан именно на экспорте по примитивной схеме: ТАИФ был посредником по продаже сырья, добытого «Татнефтью».

Нынешнее руководство республики тоже вовлечено в неф­тяной бизнес. Президент Татарстана Рустам Минниханов возглавляет совет директоров компании. Имеет ли его семья долю в бизнесе, выяснить пока не удалось. Но вот совету директоров компания платит исправно: за 2019 год сумма вознаграждения вместе с компенсациями составила 241,4 миллиона. То есть в среднем по 15,27 млн на члена. Правда, получается, что Минниханова в «Татнефти» с деньгами обижают, ведь в своих декларациях за последние годы он показывает доход около 8 млн рублей. Возможно, не случайно говорят, что «Татнефть» остаётся бизнесом клана Шаймиевых, а Минниханову отводится номинальная роль.

ВТБ: Андрей Костин помог получить «Магнит» зятю Сергея Лаврова

Всего около 8% уставного капитала ВТБ приходится на частных акционеров, остальное принадлежит госструктурам, так что и львиная доля дивидендов идёт в бюджет. Речь идёт о немалых деньгах: в прошлом году выплаты акционерам составили около 20 млрд рублей. Однако обращает на себя внимание такая деталь: время от времени банк оставляет себе основную часть прибыли. К примеру, в 2018 году на выплаты акционерам пошло около 70% прибыли, а в 2020-м – всего около 10. Частично это связано с требованиями ЦБ по формированию резервов. Но факт остаётся фактом: денег в банке всё больше, и свои проценты он на них зарабатывает исправно, но когда доходит дело до того, чтобы поделиться с бюджетом, находятся причины, чтобы этого не делать.

При этом выплаты членам правления, а это 11 человек, вполне сопоставимы с суммой дивидендов. К примеру, по итогам 2019 года менеджеры получили 2,2 млрд рублей, а за 2017-й год – 3,8 миллиарда.

О зарплате председателя правления ВТБ Андрея Костина ходят легенды. Сам он говорил, что в 2013–2014 году получал по 200–240 млн рублей. Но цифры за последние годы держатся в секрете. Кроме того, Андрей Костин владеет 0,00183% обыкновенных акций банка. Правда, в этом году, по расчётам «Нашей Версии», они могут принести ему всего около 180 тыс. в виде дивидендов. Если принять, что капитализация банка составляет около 630 млрд рублей, то пакет Костина можно оценить в 227 тыс. рублей.

Ещё одна заметная фигура в менеджменте банка – это председатель наблюдательного совета, а по совместительству министр финансов РФ Антон Силуанов. Как чиновник он вынужден отчитываться от доходах. По итогам 2020 года Силуанов задекларировал 34,9 млн рублей.

В руках у менеджеров госбанка огромная финансовая мощь. В чьих же интересах она используется? Недавно ВТБ сформулировал лозунг: «Помогаем бизнесу делом!». Если внимательно изучить новости, то становится понятно, какому именно бизнесу банк спешит подставить плечо в первую очередь. Прежде всего вопросы вызывают сделки, в которых фигурирует бизнесмен Александр Винокуров, известный также как зять министра иностранных дел Сергея Лаврова. В 2018 году банк помог получить его структуре «Марафон Групп» контроль над торговой сетью «Магнит». Сначала госбанк выкупил долю основателя компании Сергея Галицкого, а потом дал кредит «Марафон Групп», чтобы та выкупила акции у самого госбанка. Размер кредита не разглашается, но известно, что сумма сделки составила примерно 1 млрд рублей. Похожая схема была реализована в прошлом году. ВТБ тогда активно скупал активы по перевалке зерна в Причерноморье, сформировал их в компанию «Деметра Холдинг», а затем продал половину бизнеса структурам того же Винокурова и Таймураза Боллоева. Последний в 1990-е начинал делать бизнес в Санкт-Петербурге, но широкую известность получил как глава «Олимпстроя» (2009–2011 годы).

Бизнес под триколором

В 2020 году Росимущество перевыполнило планы по приватизации. В частные руки были проданы активы на 4,08 миллиарда. С начала 2021-го выручка составила уже более 2 млрд рублей. В ближайшее время предстоит приватизировать 86 унитарных предприятий и доли в 186 акционерных обществах. Понятно, что привлекательные активы быстро находят новых собственников.

Например, в этом году компания, связанная с семьёй экс-министра сельского хозяйства Александра Ткачёва, купила форелеводческий завод «Адлер» за 539 млн рублей. За Махачкалинский морской торговый порт давно борется олигарх Сулейман Керимов. Помимо частных лиц на ценные лоты претендуют и компании с госучастием. Тому же Керимову дорогу в Махачкале стремится перейти «Транснефть». А производитель алмазов «Кристалл» в 2019 году достался компании АЛРОСА. Создаётся впечатление, что, несмотря на возрастающие темпы приватизации, предприятия с госучастием продолжают теснить частный сектор. И это неудивительно. Ведь существование таких структур очень выгодно чиновникам. Членство в советах директоров госкомпаний позволяет им легально получать доходы на уровне крупных бизнесменов. А наличие в списке акционеров государства оправдывает использование адмресурса в пользу компании.

Так что на новую волну приватизации можно посмотреть под разными углами. С одной стороны, она вроде как усиливает позиции частного бизнеса в экономике. Но зачастую выходит так, что «частный инвестор» берёт себе государство в компаньоны. Причём в лице совершенно конкретных чиновников. Предприятие как работало, так и работает, но часть прибыли с этого момента распределяется уже по карманам, а не идёт в бюджет.

Кстати

Неплохо зарабатывают на компании контрагенты, имеющие эксклюзивные договоры с монополистом. Например, таможенный брокер ТБСС, созданный выходцами из спецсвязи, обслуживает экспорт АЛРОСА. Дела по растаможке явно идут в гору. С 2016 по 2020 год выручка компании возросла с 1,2 до 1,6 млрд рублей.

С выгодой для себя якутские алмазы закупают структуры израильского миллиардера Льва Леваева, которые занимаются огранкой и продажей драгоценностей по всему миру. Рассказывают, что ещё в 1990-е он стал закупать сырьё в Пермском крае, где губернатором был Юрий Трутнев. Затем пермские месторождения иссякли, зато Трутнев получил пост полпреда президента в ДФО и по должности стал курировать добычу алмазов в Якутии. По какому-то совпадению среди крупнейших покупателей АЛРОСА оказались компании Леваева. Мало того, в 2014-м АЛРОСА выкупила под офис у фирмы Леваева апартаменты на Озерковской набережной в Москве.

Кстати, бизнес-империю Керимовых с компанией также связывала фигура Юрия Трутнева. Лет 10 назад её ключевым активом можно было считать «Уралкалий», который тоже находится в Пермском крае. На «Уралкалии» же миллиардное состояние сделал Дмитрий Рыболовлев, который затем вроде бы пытался наладить бизнес по международной транспортировке драгоценностей. Рыболовлеву приписывают так и нереализованную идею создать во Владивостоке таможенный терминал для хранения камней. А между тем под кураторством Юрия Трутнева в Приморье в 2016 году на территории бывшего аэропорта был создан Евразийский алмазный центр, ориентированный на экспорт драгкамней в Азию. Его основные резиденты – АЛРОСА, ТБСС и транснациональная компания KGK с головным офисом в Гонконге. KGK занимается огранкой и международной торговлей. В качестве условия своего присутствия в Приморье компания потребовала прямые поставки особо крупных алмазов, которые до этого гранились только в Якутии.