Засекреченный свидетель дал показания на Владимира Махлая

В суде по делу «Тольяттиазота» продолжается практика привлечения тайных свидетелей.
02.01.2019
В Комсомольском районном суде Тольятти в ходе процесса по делу бывших руководителей ОАО «Тольяттиазот» допросили очередного тайного свидетеля. Аноним заявил о продаже продукции предприятия компании Nitrochem Distribution AG по ценам ниже рыночных, не уточнив деталей и подробностей. Сторона защиты посетовала на то, что от секретных свидетелей не удается добиться обстоятельств получения информации. Юристы отмечают, что использование засекреченных свидетелей не является распространенной практикой.

В Комсомольском районном суде Тольятти продолжается заочный процесс над бывшими руководителями ОАО «Тольяттиазот» Владимиром Махлаем, Сергеем Махлаем, Евгением Королевым, владельцем Nitrochem Distribution AG Андреасом Циви и директором Nitrochem Distribution AG Беатом Рупрехтом. Обвиняемые, по версии следствия, продавали по заниженной стоимости произведенный тольяттинским предприятием аммиак и карбамид компании Nitrochem Distribution AG, которая затем реализовала продукцию по рыночной цене.

Сторона обвинения продолжает практику использования тайных свидетелей. Очередной аноним, опасающийся за себя и за своих родственников, назвал себя Тамарой Орловой. Адвокат Евгения Королева Вячеслав Яблоков отметил на заседании суда, что стороне защиты не удается добиться от тайных свидетелей ответов на вопросы, связанные с обстоятельствами получения информации. «К сожалению, предыдущий тайный свидетель отказался рассказывать об источниках своей информации. Поэтому у нас нет возможности проверить эти данные. И на текущий момент я не вижу никаких оснований, чтобы допрос был под псевдонимом в условиях, обеспечивающих неразглашение данных о личности. Список свидетелей составляет свыше 200 человек, большинство из которых спокойно дают показания. Сведений о том, что в отношении свидетеля оказана угроза, стороне защиты не предоставили. А используемый обвинением механизм лишает нас возможности задать ряд вопросов»,– заявил адвокат.

Аноним, ранее работавший на заводе, рассказал о долгосрочном соглашении между «Тольяттиазотом» и компанией Nitrochem Distribution AG на поставку аммиака. Однако сам свидетель этот договор не видел, предположив, что документ хранился у коммерческой службы. Аноним утверждал, что цены на аммиак были ниже рыночных и формировались по указаниям Nitrochem Distribution AG, не уточнив подробности. Он предположил, что Сергей Махлай и Владимир Махлай имели к этому непосредственное отношение. Тайный свидетель заявил, что по инициативе бывшего генерального директора предприятия Евгения Королева был создан ценовой комитет, который мог созываться три-четыре раза в месяц, но якобы действовал формально.

По мнению юристов, для экономических составов использование засекреченных свидетелей не является распространенной практикой. «Это скорее полное исключение, чем обыденность. Сам по себе институт такого доказательства вызывает вопрос, а в экономическом составе еще больше. Экономическая категория уголовных дел не настолько криминализирована, чтобы свидетелям необходимо было прятаться от открытого процесса. Чаще всего в практике такие свидетели являются засекреченными не потому, что им кто-то угрожает или на них оказывает давление, а потому, что они являются лицами, «скомпрометированными» правоохранительными органами. Т.е., в отношении этих свидетелей имеются компрометирующие материалы, под угрозой которых их вынуждают давать «нужные» показания. Необходимость засекречивания обусловлена тем, что с высокой степенью очевидности при непосредственном контакте со стороной защиты свидетель будет вынужден отступить от линии следствия, поскольку адвокаты и подзащитные смогут ставить точечные вопросы применительно к личности свидетеля, что исключит первичную версию обвинительного заключения. Если дело наводнено тайными свидетелями, то, скорее всего, таким образом маскируют недостатки следствия»,– рассказал партнер юридической фирмы «Рустам Кумраев и партнеры» Дмитрий Горбунов.