Суд обязал Минфин выплатить экс-владельцу «Кристалла» 100 тыс. рублей

Карлена Азизбекяна вряд ли обрадует решение суда: экс-совладелец казино «Кристалл» и Golden Palace требовал с государства $100 млн.
02.07.2014
Никулинский районный суд Москвы вынес решение по иску о возмещении морального вреда экс-совладельца известных столичных казино «Кристалл» и Golden Palace Карлена Азизбекяна к государству в лице Министерства финансов. Суд посчитал, что требуемая Азизбекяном компенсация морального вреда в размере $100 млн является завышенной и вынес решение о выплате лишь 100 тыс. рублей. Адвокаты бизнесмена уже подготовили апелляционную жалобу, на этой неделе она будет направлена в Московский городской суд. 

По словам адвоката Азизбекяна Карена Нерсисяна, суд не мотивировал свое решение. 

— Ссылаясь на судебную практику, суд оценил моральный вред, нанесенный бизнесмену, который находился под следствием 13 лет и был оправдан, не в $100 млн, а в 100 тыс. рублей, — рассказал «Известиям» Карен Нерсисян. 

В иске о возмещении морального время Азизбекян писал, что его незаконно объявили в розыск, он был вынужден скрываться, был лишен возможности воспитывать детей и жить с семьей, что отразилось на его здоровье и душевном состоянии. 

Как ранее писали «Известия», бизнесмен Карлен Азизбекян являлся главой ЧОП «Магма-V», охранявшей казино «Кристалл» и Golden Palace. Он вместе со скульптором Зурабом Церетели, американцем Алексом Крейном, юристом Владимиром Духновым были крупными акционерами компании — учредителя «Кристалла». 

В 2000 году Азизбекян стал фигурантом уголовного дела о мошенничестве, которое было возбуждено УВД ЦАО Москвы по заявлению гражданки США Виктории Крейн (супруги Алекса Крейна). Она утверждала, что Азизбекян и остальные акционеры ООО КРЦ «Кристалл», где она была президентом, с помощью подложных документов сместили ее с должности, завладев имуществом стоимостью $4,5 млн. 

Следствие считало, что Азизбекян был одним из участников передела сфер влияния вокруг столичных казино.  

Почти 12 лет бизнесмен скрывался от следствия и бывших партнеров за границей. Вернуться в Россию Азизбекян смог лишь в конце 2011 года, когда следователи сняли его с международного розыска. 27 декабря 2013 года следствие закрыло уголовное дело против Азизбекяна по реабилитирующим основаниям. 

По словам управляющего партнера адвокатского бюро «Плешаков, Ушкалов и партнеры» Владимира Плешакова, существенные компенсации за моральный вред выплачиваются по решению суда очень редко, так как процесс доказательства степени нанесенных физических и нравственных страданий крайне сложен. 

— Доказательствами обычно является критическое состояние здоровья, спровоцированное, например, новостью о вызове на допрос или заведении уголовного дела, — поясняет Плешаков. — Требуется соответствующее заключение врачей и последствия — инвалидность или серьезное заболевание, чтобы сделать денежную оценку расходов на лечение. При этом суды ввиду отсутствия сложившейся судебной практики оценивают моральный вред, как правило, в 10–30 тыс. рублей. И лишь в исключительных случаях сумма взыскания может составлять несколько сотен тысяч рублей. 

Кроме того, юрист отметил, что убытки в России взыскиваются, по статистике, только в 6–7% случаев. Из них с возмещением упущенной выгоды взыскивается всего 1%. 

— В этом смысле английские суды отличаются от российских тем, что судьи берут на себя оценку причинно-следственной связи между правонарушениями и наступившими вредными последствиями. В России же суды сами оценкой такой связи не занимаются, а требуют наличие доказательств, которые сложно получить, — говорит Плешаков.

Адвокат АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Денис Голубев напомнил, что размер компенсации морального вреда определяется судом по своему личному усмотрению в каждой конкретной ситуации. 

— По данным делам суды учитывают обстоятельства привлечения лица к уголовной ответственности, категорию преступлений, в совершении которых лицо обвинялось, степень нравственных страданий, причиненных ему незаконным преследованием. Кроме того, принимается во внимание период предварительного следствия, его длительность, частота участия лица в производстве следственных действий, избрание в отношении его мер пресечения, — сказал Голубев.