Следователя ФСБ разлучили с надежными людьми

Гарнизонный военный суд Санкт-Петербурга огласил приговор бывшему сотруднику УФСБ Васильеву, сыну федерального судьи Жолобову и студенту Баринову.
03.06.2014
Фигурантов дела о кражах во время следственных действий наказали по-разному. Реальный срок экс-чекисту дополнили лишением воинского звания «лейтенант». Гражданских – вопреки позиции прокуратуры – не стали лишать свободы даже условно. Судя по фабуле приговора, свою роль в гуманном наказании сыграл отец фигуранта – зампредседателя Петербургского отделения Российского объединения судей Ярослав Жолобов.

Дело «золотой» молодежи раскрутилось в августе прошлого года. Как было оглашено в суде, чекисты получили информацию о причастности к хищению автомобиля Mazda студента Северо-Западного филиала Российской академии правосудия Данила Жолобова, он же – сын председателя Пушкинского районного суда и зампреда Санкт-Петербургского отделения Российского объединения судей Ярослава Жолобова. Заявление о краже подала мать автовладельца, задержанного по делу о незаконном обороте наркотиков. Жолобов-младший указал на еще одного студента академии, Геннадия Баринова, и следователя следственной службы УФСБ по Петербургу и Ленобласти Антона Васильева. Сын судьи, как следовало из материалов дела, играл самую активную роль – перегнал авто и приискал покупателя из числа знакомых.

На следующее утро после задержания Данила в УФСБ пришел судья Жолобов и принес 90 тысяч рублей в качестве возмещения доли сына в преступной сделке. Эпизод квалифицировали по статье 158 УК («Кража в крупном размере») и 325 («Хищение документа»), так как из квартиры наркодельца при обыске Баринов вынес паспорт транспортного средства. Васильеву дополнительно вменили 286-ю статью («Превышение должностных полномочий») и еще одну 325-ю – за хищение свидетельства о регистрации автомобиля.

В процессе расследования дело приросло еще одним событием. Военное следствие, которому передали материалы после привлечения Васильева, обратило внимание на обыск в трехуровневой квартире бывшего оперативника, а ныне адвоката Александра Александрова, проведенный 20 мая 2013 года. Из квартиры исчезли женские наручные часы из белого золота Audemars Piguet и Patek Philippe, инкрустированные бриллиантами, общей стоимостью, по уточненным данным, около 30 тысяч американских долларов. Обыск проводил Васильев, а понятыми значились Жолобов и Баринов, которых он, как явственно слышала жена адвоката, называл "надежными людьми". В краже и еще одном превышении полномочий обвинили следователя. Как установило следствие, именно он вынес часы во время перерыва и через Баринова сбыл их в ломбард по чужому паспорту меньше чем за 10 тысяч долларов.

Васильева арестовали. Обвинительное заключение в итоге содержало 6 его преступлений – два эпизода превышения (санкция до 4 лет за каждый), две крупноразмерные кражи (до 6 лет), два хищения документов (до 3 месяцев ареста). Прокурор Алексей Багин по совокупности запросил в прениях 5,5 года общего режима с лишением воинского звания "лейтенант" и штраф 30 тысяч рублей. Жолобова за два эпизода прокурор тоже просил лишить свободы – на 2,5 года с штрафом 50 тысяч рублей, Баринова – приговорить к 2 годам и выплате той же денежной суммы. Они находились под подпиской.

Уголовное дело гарнизонный военный суд рассмотрел за 21 заседание и 4 месяца. Примерно половину времени заняло исследование альтернативной версии подсудимых. Они напрочь отреклись от признательных показаний и остановились на том, что сотрудники УФСБ якобы понуждали их к поклепу друг на друга. Васильев и вовсе заявил, что по указке руководства на обыске подбросили Александрову патроны, изъяли у него наличности и имущества на 10 миллионов рублей и продали "Мазду".

Так как студентам обещался арест в зале суда, на приговор они пришли с вещами. Баринов принес внушительную спортивную сумку. Его, как в армию, провожали красивые девушки. Жолобов ограничился небольшим пакетом.

Судья Анатолий Копелев поначалу проявил наступательный настрой. Из первых строк приговора посетители поняли – он будет обвинительным. Хотя некоторые моменты настораживали. По версии Васильева, он часы не крал, а сделали это оперативники, которые участвовали в обыске. Анатолий Копелев ему не поверил и сослался на довольно забавные показания оперов в суде:

«Они пояснили, что часы не брали, но предполагают, что их мог взять следователь Васильев с понятыми (Жолобов и Баринов. – Ред.)», – зачитал представитель Фемиды.

Также суд отмел заявление арестованного чекиста, который свое первоначальное признание пояснял так: он якобы оговорил себя в надежде на рассмотрение дела в особом порядке и на условное наказание с выводом из-под следствия своих «надежных людей».

Впрочем, подсудимых подвели тонкости. Так, Жолобов и Баринов свое присутствие на обысках объяснили учебной практикой, на которую их отправила Российская академия правосудия и которой руководил Васильев. Элементарный запрос в вуз показал обратное. Кроме того, Жолобова, отрицавшего причастность к воровству машины, выдала социальная сеть «ВКонтакте». Около 17 часов 25 июля 2013-го – через пару часов после хищения – он спросил через соцсеть товарища: где, дескать, «скинуть тачку», если на нее есть только свидетельство о регистрации. Администрация сети предоставила суду диск с перепиской.

Васильева судья Копелев признал виновным по всем 6 пунктам, в одном лишь моменте переквалифицировав его роль на более мягкую – пособника. По совокупности и частичным сложением приговорил следователя к 3,5 года лишения свободы в колонии общего режима, причем кражу авто оценил в 2,5 года. Тот же эпизод в отношении Жолобова – невероятно мягче, в 280 тысяч рублей штрафа. Всего он должен выплатить 300 тысяч рублей. Баринов – 150 тысяч. Разницу судья объяснил неодинаковым материальным положением семей фигурантов, а гуманность по отношению к ним – молодостью.

Васильева дополнительно лишили воинского звания «лейтенант» и наказали выплатить 70 тысяч рублей штрафа. Под стражей он находится с 15 августа 2013 года и уже через год может претендовать на условно-досрочное освобождение.
Свои штрафы Жолобов и Баринов встретили тайным ликованием. На вопрос судьи, понятен ли им приговор, ответили: «Да, ваша честь!» – показательно-сдержанным тоном, хотя нотки радости все равно прорвались.

Также Анатолий Копелев вынес частное постановление в адрес начальника УФСБ по Петербургу и Ленобласти Андрея Ручьева. В ведомстве, по мнению судьи, сложилась порочная практика привлечения знакомцев в качестве понятых, которые заведомо не могут быть незаинтересованными в результатах следственных действий. Также суду не понравилось поведение не привлеченных к уголовной ответственности сотрудников УФСБ, а именно – следователя следственной службы Минина и оперуполномоченного Исмагилова. Они прекрасно знали, судя по частному постановлению, про исчезнувшую иномарку наркодельца, но не озаботились ее судьбой, чем способствовали преступлению. Третий пункт претензий Копелева – «стакан». Это помещение в следственной службе УФСБ для содержания задержанных и арестованных. «Стаканом» его называют за малые, меньше 1 метра на 1 метр, размеры. Там содержали Жолобова. Судья сослался на санитарные нормы и федеральный закон, которые предусматриваю минимум 4 квадратных метра на человека. Вероятно, реакцией Андрея Ручьева на постановление суда должна стать ликвидация «стакана» методом законопачивания, закладки или разборки.