Российские активы в Бельгии арестованы по иску ЮКОСа

РФ собирается судиться.
18.06.2015
На все российские учреждения в Бельгии, кроме дипломатических представительств, наложен арест. Это сделали судебные приставы во исполнение решения третейского суда в Гааге — он прошлым летом удовлетворил иск Group Menatep Limited, представлявшей интересы бывших акционеров обанкроченной государством нефтекомпании ЮКОС. Аресты в Бельгии происходят в интересах Yukos International Limited, на которую пришлось около $1,8 млрд из отсуженных $50,2 млрд. Россия намерена обжаловать арест, но сделать это можно лишь через бельгийское правосудие.

Все российские учреждения в Бельгии получили сегодня документы судебных приставов о наложении ареста на все государственное имущество РФ, которое имеется в их распоряжении, а также на их долги перед российским государством, если они есть. Имущество, которым располагают дипломатические представительства России, бельгийское правосудие, следуя международным нормам, сохранило в неприкосновенности.

В поступивших от приставов документах указано, что арест произведен на основании решения третейского суда в Гааге от 18 июля 2014 года. Суд тогда удовлетворил иск к РФ от Group Menatep Limited (GML), которая представляла интересы экс-акционеров ЮКОСа, присудив им в целом $50,2 млрд,— Hulley Enterprises (Кипр) должна получить $39,9 млрд, Yukos Universal (Мэн) — $1,8 млрд, Veteran Petroleum (Кипр) — $8,2 млрд. Аресты в Бельгии связаны с взысканием суммы для Yukos International. Приставы уточнили, что истец «имеет серьезные опасения относительно возможности получить причитающуюся ему сумму, в частности, из-за систематического отказа РФ исполнять вынесенные против нее судебные решения и учитывая отношение РФ к данному решению».

В списке российских учреждений, попавших в поле зрения приставов, перечислены практически все крупные банки, зарегистрированные в Бельгии, и даже такие организации, как «Евроконтроль», регулирующий воздушное движение над Европой, как сообщает «Интерфакс». Предписания получили также все российские представительства, включая архиепископства Брюссельского и Бельгийского представительства РПЦ, а также представительства негосударственных организаций и СМИ.

Все организации, внесенные в список, обязаны в двухнедельный срок заявить о находящихся в их распоряжении денежных средствах и имуществе Российской Федерации и долгах перед РФ. Или об отсутствии у них государственного имущества и долгов.

В числе оснований для ареста упоминается также другое судебное разбирательство — в конце июля 2014 года Европейский суд по правам человека, также по иску GML, взыскал с России в пользу экс-акционеров ЮКОСа еще более €1,8 млрд. Исполнять его, как и решение суда в Гааге, РФ отказалась. «ЕСПЧ потребовал у РФ представить план выплаты всей суммы, указанной в его решении (более миллиарда евро), не позднее 15 июня 2015 года и погашения судебных издержек не позднее той же даты,— говорится в документе, разосланном приставами.— Никакого плана в установленный срок не представлено, и никаких выплат не произведено».

Кроме того, «российское правительство неоднократно заявляло, что считает судебное решение чисто политическим», и в бюджете РФ на 2015 год нет никаких указаний на выполнение решения ЕСПЧ. В последний раз об этом заявлял в понедельник глава российского Минюста Александр Коновалов, по мнению которого решение ЕСПЧ о выплате компенсаций акционерам НК ЮКОС безосновательно. Плюс группа депутатов Госдумы направила в российский Конституционный суд (КС) запрос с просьбой оценить «возможности признания и исполнения» постановлений ЕСПЧ, противоречащих положениям российской Конституции и правовым позициям самого КС. Депутаты связывают свой запрос с решением по делу ЮКОСа и считают возможным выработать новый механизм, который не позволит Страсбургу «преодолевать силу российских судов».

Подобные «заявления российских официальных лиц поставили ЕСПЧ в непростую ситуацию, вынуждающую как-то на это отреагировать», пояснил “Ъ” московский корреспондент газеты La libre Belgique Борис Туманов. «Поскольку ЕСПЧ не имеет никаких прерогатив, которые позволили бы ему принудить Россию к выплате этого долга, руководство ЕС, вероятно, решило продемонстрировать Москве, что угроза ареста государственного имущества России за рубежом вполне реальна», о чем может свидетельствовать решение бельгийского суда о наложении ареста на госимущество России в этой стране. «Выбор Бельгии как страны ареста российского госимущества не случаен, ведь именно Брюссель известен как бюрократическая столица Евросоюза»,— полагает Борис Туманов.

«Во-первых, дело ЮКОСа все еще находится на рассмотрении суда, оно не окончено,— заявил “Ъ” официальный представитель генерального секретаря Совета Европы Даниэль Хольтген.— А во-вторых, хочу подчеркнуть, что вердикт ЕСПЧ не может напрямую влиять на частные или общественные организации в странах—членах Совета Европы. Сообщения о том, что решение бельгийского суда основано на решении Страсбургского суда, вероятно, ошибочны».

В Совете Европы фактически дистанцировались от инициативы бельгийских властей. «Позиция Совета Европы состоит в том, что Россия, согласно постановлению комитета министров, должна была 15 июня предоставить план действий по выполнению решения ЕСПЧ о выплате €1,86 млрд по делу ЮКОСа. Комитет министров ничего не получил от РФ в срок и постановил вновь вернуться к рассмотрению этого вопроса в сентябре»,— сообщил источник “Ъ”.

Высокопоставленный источник “Ъ” в российских госструктурах заявил, что «Россия намерена использовать все возможные юридические механизмы для отстаивания своих прав в суде». Решение об аресте российских государственных активов в Бельгии может быть обжаловано в судебных инстанциях этой страны, как сообщил «Интерфакс», сославшись на информацию Минюста.

Партнер международной юридической фирмы Baker & McKenzie Владимир Хвалей заявил “Ъ”, что решение о наложении ареста не может быть принудительно исполнено, пока государственный бельгийский суд не выдаст на него исполнительный лист. «Так что эти действия можно расценивать как обеспечительные меры в целях обращения взыскания на имущество РФ в дальнейшем,— говорит Владимир Хвалей.— На имущество негосударственных компаний в этой ситуации может быть наложен арест, если, например, они получали финансирование из российского бюджета и эти деньги еще не полностью освоены».

Имущественные тяжбы России за рубежом

В 1993 году суд Люксембурга удовлетворил иск к России швейцарской фирмы Noga о взыскании $300 млн неустойки за расторжение договора и наложил арест на находившиеся в этой стране активы правительства РФ, ЦБ, Внешэкономбанка и Внешторгбанка. Позднее России удалось добиться снятия ареста, но в 1997 году сторону Noga принял Стокгольмский арбитраж, признав за РФ долг $63 млн. Компания предприняла ряд попыток арестовать российское имущество — военные самолеты, картины, парусник, счета дипслужб, госкомпаний, но по встречным жалобам суды снимали аресты. В 2009 году Федеральный апелляционный суд США окончательно отверг претензии Noga к России.

7 июля 1998 года Стокгольмский арбитражный суд удовлетворил иск немецкого бизнесмена Франца Зедельмайера о взыскании с России более €2 млн компенсации за инвестиции, потерянные в 1990-х годах при попытке организовать бизнес. Россия решение не исполнила, и предприниматель стал добиваться ареста собственности РФ за рубежом. В 2006–2008 годах он добился взыскания и продажи с торгов части комплекса бывшего торгпредства СССР в Кельне, а в 2010 году суд Стокгольма арестовал здание торгпредства РФ в Швеции для его продажи на торгах. В сентябре 2014 года здание ушло с молотка за €2,2 млн. Россия оспаривала продажу здания в шведских судах, но 11 июня 2015 года апелляционная инстанция отклонила требование об отмене сделки. Российская сторона может обжаловать это решение до 7 июля.

17 сентября 2010 года Стокгольмский арбитражный суд постановил взыскать с России $3,5 млн ущерба в пользу бывшего миноритария ЮКОСа — компании RosinvestCo UK Ltd. Англичане, ссылаясь на российско-британское соглашение о защите инвестиций, требовали возместить сначала $75 млн, а затем $200 млн. В июле 2012 года тот же суд присудил четырем испанским инвестфондам, владевшим 73 тыс. ADR ЮКОСа, $2 млн плюс проценты за пять лет, признав российское правительство виновным в предъявлении необоснованных налоговых претензий компании с конечной целью конфискации ее активов.

18 июля 2014 года третейский суд в Гааге удовлетворил иск к России компании Group Menatep Limited (GML), представляющей интересы бывших акционеров ЮКОСа. Суд счел принятые Россией меры «эквивалентными экспроприации инвестиций заявителя», что нарушает договор к Энергетической хартии, и потребовал выплаты компенсации ущерба в $50,02 млрд. 31 июля Европейский суд по правам человека опубликовал решение о взыскании с России еще €1,866 млрд справедливой компенсации бывшим акционерам ЮКОСа (вместо требуемых ими $38 млрд). Россия не признала и не исполнила эти решения. В мае 2015 года GML начала подготовку к процессу приведения в исполнение решения третейского суда Гааги, для чего было «идентифицировано» имущество РФ в Бельгии и Нидерландах.