Приключения Роберта Мусина в Питере: что стоит за проигранным судом на 15 миллиардов?

В войне с бывшим совладельцем санируемого банка «Советский» группа ТФБ потерпела формальное, но обидное поражение.
07.10.2016
Беспокойное хозяйство Роберта Мусина вновь дало о себе знать. Накануне Арбитражный суд Санкт-Петербурга объяснил, почему обязал ТФБ вернуть банку «Советскому» — его же «дочке» — почти 15-миллиардный кредит с процентами. Тем временем «надзорная революция» в ЦБ грозит новыми проверками целевого использования выделенных санатору средств, а сам банк в шаге от нового раунда национализации властями республики.

«КОПЕЕЧНЫЕ» АКЦИОНЕРЫ НАНОСЯТ УДАР

Неожиданный удар Татфондбанку (ТФБ) был нанесен в Арбитражном суде Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Как выяснилось на днях, еще 27 сентября судья Валентина Лилль вынесла беспрецедентное решение: она признала недействительной сделку между ТФБ и банком «Советский» на 14,8 млрд. рублей — эти деньги питерская кредитная организация выдала своему санатору в виде межбанковского кредита. Если у Роберта Мусина не получится оспорить данное решение, ТФБ придется вернуть дочернему банку 15,2 млрд. рублей, включая набежавшие проценты. Найти такие объемы ликвидности может оказаться не так-то просто, ведь полученные деньги он успел направить на долгосрочные кредиты корпоративным клиентам.

Вчера, вскоре после обращения «БИЗНЕС Online» за комментарием, Татфондбанк опубликовал официальное заявление, первый же абзац которого демонстрирует настрой бороться до конца. «Решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области о взыскании с ПАО „Татфондбанк“ более 15,1 миллиарда рублей в пользу банка „Советский“ не вступило в законную силу и, по мнению ПАО „Татфондбанк“, подлежит отмене. ПАО „Татфондбанк“ в законодательно установленные сроки обратится в суд апелляционной инстанции с заявлением об отмене решения», — говорится в сообщении.

Его авторы утверждают: заключенная между ТФБ и «Советским» сделка на рынке МБК соответствует всем требованиям законодательства, проведена на полностью рыночных условиях и исключает возникновение каких-либо убытков. При этом рисков ликвидности в рамках данного иска для Татфондбанка и его «дочки» нет, так как средства в любом случае остаются в рамках группы.

Причины появления иска в ТФБ объясняют просто: бывшие акционеры «Советского» сначала довели его до ручки, а теперь пытаются помешать санации и «выявлению злоупотреблений бывшими собственниками». Действительно, истец — не чужой человек для питерской кредитной организации. До запуска процедуры оздоровления АО «Банк „Советский“» принадлежало группе бизнесменов из Северной столицы: Андрею Карпову (24,15%), Владимиру Митрушину, Александру Теплякову (по 19,2%), Олегу Николаеву, Кириллу Ласкину (по 8,25%), Егору Бабееву (10,57%) и ряду миноритариев. Но после того, как капитал банка в рамках санации был уменьшен до 1 рубля (это стандартная процедура), а ТФБ выкупил допэмиссию, в руках бывших акционеров осталось только 0,00001% капитала.

Иск к ТФБ в арбитраж подал Тепляков. К слову, до этого он пытался засудить Центробанк вместе с «Советским», оспорив вышеупомянутую процедуру, превратившую в фикцию его пакет. Однако 8 сентября 2016 года та же судья Лилль в иске отказала с довольно решительными формулировками.

Еще до того, как в феврале 2016-го ТФБ выиграл конкурс на санацию «Советского», стало понятно, что актив Мусину достался беспокойный Еще до того, как в феврале 2016-го ТФБ выиграл конкурс на санацию «Советского», стало понятно, что актив Мусину достался беспокойный Фото: sovbank.ru
ИЗ НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИИ «СОВЕТСКОГО»

Еще до того, как в феврале 2016-го ТФБ выиграл конкурс на санацию «Советского», стало понятно, что актив Мусину достался беспокойный.

К примеру, за четыре месяца до этого в Петербурге были задержаны братья Максим и Руслан Ванчуговы — совладельцы строительной группы «Город». Чтобы их повязать, полиция была вынуждена 28 октября взять штурмом приемную их третьего брата — депутата Госдумы от «Справедливой России» Романа Ванчугова, где прятались бизнесмены. В отношении них было возбуждено уголовное дело о нецелевом использовании средств дольщиков. Так вот, как перед арестом рассказал СМИ один из Ванчуговых, чуть ранее более 270 квартир в ЖК «Ленинский парк» было выкуплено структурами банка «Советский» за 800 млн. рублей (напомним, ЦБ ввел временную администрацию в банке 23 октября, обнаружив дыру в балансе на 10 миллиардов). По данным дольщиков, банкиры купили целый корпус. Всего же на юрлица вывели 975 квартир при том, что в реестре обманутых дольщиков числились 914 человек.

Имена акционеров банка звучали и в других неприглядных историях. Как писала «Фонтанка», Ласкин, Митрушин и Николаев владели фирмой «Олимп-47», у которой был открыт счет в коста-риканской платежной системе Liberty Service. Последняя, как считают правоохранители США, была «любимым банком преступного мира». Через эту платежную систему отмывались деньги, с 2006 по 2013 год через нее прошло 55 млн. транзакций на сумму $6 миллиардов. Когда в 2013 году американские власти ее закрыли, компанию «Олимп-47» заподозрили в связи с Liberty Service и арестовали счета компании в «Советском» по запросу минюста США.

После прихода санатора акционеры банка затеяли тяжбы. В мае 2016-го в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленобласти поступило три иска к «Советскому»: один — от ООО «Коллектор 19» о взыскании 231 млн. рублей, два — от ООО «Совбанкконсалт» на 1,44 млрд. и 1,79 млрд. рублей. Один из исков «Совбанкконсалта» был отклонен, оставшиеся два должны быть рассмотрены как раз сегодня, 7 октября. Суть требований неизвестна, но ее можно понять из предыдущих событий, ведь месяцем ранее временная администрация подала иски к «Совбанкконсалту» и «Коллектору 19», в которых банк оспаривает сделки с ними, заключенные бывшим менеджментом в 2014 году. Как ранее сообщало агентство по страхованию вкладов (АСВ), речь идет о поручительствах и залогах прав требования, данных банком в обеспечение обязательств третьих лиц. Скорее всего, после этого акционеры и перешли в контратаку — прием не из новых.

По данным ЕГРЮЛ, владельцем 100% ООО «Совбанкконсалт» до октября 2015 года (когда была введена временная администрация в «Советском») с июня являлся Эдуард Суворов, один из миноритариев банка и совладелец страховой компании «Советская», а еще раньше — мажоритарий банка Митрушин. ООО «Коллектор 19» с июня 2015-го до 1 октября 2015 года владела Галина Резниченко, а еще ранее компания принадлежала Митрушину, Ласкину и Николаеву.

Кроме того, в банке была создана первичная профсоюзная ячейка межрегионального объединения профсоюзов СПб и ЛО «Соцпроф», которая должна была отстаивать интересы трудового коллектива банка. А бывший руководитель юридического департамента «Советского» Алла Герасимова, уволившаяся еще в июле 2015 года, заявила газете «Деловой Петербург», что к ней обращаются за юридической помощью уволенные работники банка, коих целая армия. «Почти всех сотрудников коллекторского подразделения „Советского“ ввели в заблуждение и перевели в коллекторскую фирму Татфондбанка, оформив их там на испытательный срок, после чего уволили. В других подразделениях не лучше: санатор затеял массовую чистку персонала, в ход идут дисциплинарные взыскания по надуманным основаниям, устраиваются технические прогулы», — утверждала она.

Попытка противостоять чистке через профсоюз обернулась увольнением главы ячейки Олега Федорова, говорит Герасимова. По состоянию на 1 июня она готовилась обжаловать все увольнения в прокуратуре и трудовой инспекции, а также готовила иски в суд. Помочь рядовому клерку в борьбе с заезжими толстосумами, быть может, дело святое, но бескорыстное ли? Все-таки Герасимова — член команды экс-владельцев (ныне миноритариев) «Советского»...

ВЛАДЕЛЬЦЕВ 0,00001% НЕ СПРОСИЛИ

Но вернемся к успешной атаке одного из этих акционеров на ТФБ. Вчера питерский арбитраж опубликовал мотивировочную часть своего решения, которую изучил «БИЗНЕС Online»: до этого была доступна лишь резолюция, из которой сложить общую картину было невозможно. Теперь же она начала проясняться. По состоянию на 1 июня «Советский» выдал Татфондбанку 10,85 млрд. рублей в виде кредита на срок от 91 до 180 дней. Через месяц речь шла уже о 14,8 млрд. рублей, причем срок кредитования вырос до трех лет (на 1 августа сумма достигла 15 миллиардов).

«Основанием для обращения акционера в суд с настоящим иском послужило наличие заинтересованности заемщика ПАО «Татфондбанк», являющегося акционером АО «Банк „Советский“» с долей участия в уставном капитале 99,99%, заинтересованности Мусина Роберта Ренатовича, являющегося в рассматриваемом периоде одновременно председателем правления ПАО «Татфондбанк» и председателем совета директоров АО «Банк „Советский“... Акционер как истец не относится к лицам, заинтересованным в сделке, и вправе обратиться с таким требование в суд», — говорится в решении арбитража.

Гвоздь, которого не оказалось в кузнице Мусина, оказался «зашит» в п. 1 ст. 83 закона «Об акционерных обществах». Им предусмотрено, что так называемая сделка с заинтересованностью должна быть заранее одобрена советом директоров или общим собранием акционеров. Согласно пункту 4 той же статьи, такое решение принимается общим собранием акционеров — большинством голосов всех владельцев голосующих акций, не заинтересованных в сделке, то есть теми самыми 0,00001% капитала.

Это положение вступает в силу, если предметом сделки является имущество, стоимость которого составляет 2% и более от балансовой стоимости активов. Из бухгалтерского баланса «Советского» за первый квартал 2016 года следует, что стоимость его активов составляла 40,78 млрд. рублей. А значит, майский транш в адрес ТФБ (10,85 млрд.) составлял более 25% от активов, а потом и вовсе превысил 30%. Следовательно, получить одобрение от акционеров Мусин был обязан. «Отсутствие такого одобрения банками-ответчиками не оспаривается», — бесстрастно свидетельствуют строки судебного решения.

Из него также следует, что юристы Татфондбанка не признавали этого требования. Мол, сделка заключена в процессе обычной хозяйственной деятельности. И вообще, не доказано, что это повлекло или может повлечь за собой убытки для «Советского» или его «акционера-кляузника». Однако Лилль была непреклонна, отбив все попытки сослаться на п. 5 ст. 83. Если вкратце, ее доводы были таковы: согласно закону, обойтись без общего собрания «Советский» мог бы, если бы предоставлял Татфондбанку заем на тех же условиях еще до того, как ТФБ стал его акционером, — до 16 марта 2016 года. А татарстанцы не предоставили никаких доказательств этого. Заметим, что нужды в общем собрании не было бы, если бы ТФБ вовремя консолидировал все 100% акций, но предусмотренной законом процедурой принудительного выкупа банк не воспользовался — и вот результат...

Подверг сомнению суд и тезис об отсутствии неблагоприятных последствий для кредитора. ТФБ получал от «Советского» займы под 12% годовых, ссылаясь в суде на средние объявленные рублевые ставки по привлечению московскими банками на 24 мая 2016 года. Однако, во-первых, с февраля из расчета ставок MIACR, MIACR-IG, MIACR-B исключены сделки между санаторами и санируемыми. А во-вторых, Татфондбанк под номером 66 включен Банком России в список банков-заемщиков со спекулятивным рейтингом. Значит, применять к сделке с ним средневзвешенные ставки МБК невозможно, считает суд.

Отдельно судья отмечает ухудшение ситуации в «Советском» с точки зрения его капитала. Если в мае собственные средства банка по форме 123 составляли минус 35 млн., то на 1 августа — уже минус 1,73 млрд. рублей. Был упомянут и факт, что общий объем полученных ТФБ банковских кредитов и депозитов по итогам первого полугодия составляет 25,9 млрд. рублей, то есть доля «Советского» в этом портфеле превышает 58%. Столь явная опора «лекаря» на «пациента», похоже, заставила судью засомневаться в прочности финансовых позиций Мусина. Впрочем, не будем полностью приводить этот разбор полетов, занявший 11 страниц решения. Гораздо важнее, сумеет ли теперь Татфондбанк опровергнуть его в Тринадцатом арбитражном апелляционном суде — на обжалование у банка есть месяц. Биться опять же предстоит в Питере, на «чужой» территории, так что исход прогнозировать сложно.

ЛИЛЛЬ СОЗДАЛА ПРЕЦЕДЕНТ

В самой сделке, в рамках которой средства, выделенные на санацию, перекочевали в ТФБ, команда Мусина не видит ничего предосудительного. «Кредиты были оформлены в соответствии с планом финансового оздоровления. При этом не имеет значения, каковы были источники этого кредита изначально, были в том числе задействованы и средства, перечисленные АСВ, но на тот момент они уже были полностью перечислены, это уже забота и законное право инвестора и санируемого банка, куда именно выгоднее их разместить, — отмечает нынешний председатель совета директоров «Советского» Марат Загидуллин, возглавлявший правление банка с начала санации до 28 сентября (затем на этой должности его сменил Ренат Долотин, ранее — зампредправления, а до перехода в «Советский» — руководитель департамента ТФБ по правовым вопросам и работе с активами).

«С точки зрения корпоративных отношений на эти кредиты нужно смотреть как на обычную хозяйственную деятельность. С таким же успехом можно оспаривать, например, аренду помещения. То, что миноритарии пытаются создать нам проблемы и мешают проводить санацию, ухудшает только их положение, вопросы будут к ним. Данный иск является просто злоупотреблением корпоративным правом. Предыдущие принципиальные иски, которые касались оспаривания допэмиссии и купли-продажи акций, мы выиграли», — напоминает Загидуллин.

Однако эксперты не разделяют уверенности в том, что сделка безупречна со всех точек зрения. ТФБ не первый санатор, который привлекает кредиты от «подопечного» банка, ссылаясь на то, что у крупного игрока больше возможностей эффективно разместить госпомощь. Да и акционеры-миноритарии уже предпринимали попытки блокировать саму процедуру санации, однако оспаривать размещение санационных средств еще никто не пытался. Так что решение питерского арбитража стало первым в своем роде. Некоторые юристы его приветствуют. «Суть санации в том, чтобы нездоровый банк восстановил финансовую устойчивость и продолжил функционировать, на практике же за счет санации поправляют свое положение сами санаторы,— рассказал „Коммерсанту“ партнер „Ионцева, Ляховского и партнеров“ Игорь Дубов.— В данном случае со стороны Татфондбанка имело место злоупотребление своими правами, потому что с точки зрения надежности инвестирования полученной от государства помощи было бы более оправданным вложить эти средства в покупку ОФЗ, а не кредитовать Татфондбанк».

«ПАЦИЕНТОВ» ТФБ ЖДУТ ПРОВЕРКИ?

Тем временем, как сообщил «Деловому Петербургу» источник в агентстве по страхованию вкладов, межбанковский кредит стал причиной отдельных вопросов агентства к ТФБ. Вся деятельность санируемых банков по размещению кредитных денежных средств обязательно согласовывается со специальной комиссией АСВ. И уже та в зависимости от лимитов, цели кредита и других критериев принимает решение, поддержать сделку или нет, а затем дополнительно мониторит все кредитные сделки. На этапе мониторинга в агентстве якобы заподозрили наличие нарушений.

«Деньги даются на санацию банка, на поддержание его текущей ликвидности. Источником генерации прибыли является размещение пассивов. В этом случае средства от АСВ практически полностью были переданы санатору, вопрос в том, шли ли эти деньги на оздоровление банка, у АСВ возникают», — рассказал источник в агентстве.

Кстати, недовольство ЦБ тем, как ведется санация, на днях вылилось в целую революцию в этой сфере: регулятор берет процедуру в свои руки. Убрав посредника в лице АСВ, Банк России создаст свою 100-процентную «дочку» — фонд консолидации банковского сектора. Тот напрямую будет входить в капитал проблемных банков, а после их оздоровления выставлять на продажу. Регулятор посчитал, что такой метод позволит потратить в 1,6 раза меньше денег, чем на оздоровление через кредиты АСВ. Слишком уж в большую копеечку влетает сейчас санация 28 банков — за 3 года она уже обошлась государству в 1,5 трлн. рублей (на «Советский» Татфондбанк получил от агентства 10,79 млрд. рублей). Другая претензия Центробанка — слишком долгие сроки санации. В частности, предполагается, что «Советский» (отсчет идет с октября 2015 года) будет санироваться 10 лет.

Уже начатые процедуры санации эти перемены затронуть не должны. Однако ужесточение надзора за их ходом неизбежно — зампред Михаил Сухов, а также первый зампред Алексей Симановский в понедельник, как известно, были отправлены в отставку (это стало, как говорят, очередным звеном чисток, начавшихся с громких перестановок в ФСБ, в частности с ухода руководителя управления «К» СЭБ ФСБ генерала Виктора Воронина). Отставки сопровождались положительными комментариями ЦБ и сухими подсчетами в прессе: за последние годы в лишенных лицензии банках пропало 1,6 трлн. рублей. На замену Сухову и Симановскому придет занимающий пост первого замглавы Банка России Дмитрий Тулин, известный своей принципиальностью.

ЛОЖКА МЕДА ОТ ВАЛЕРИЯ СОРОКИНА

Но есть и хорошая новость для Мусина. Генкомпания накануне известила ФАС о намерении купить 13,74% акций Татфондбанка. «В совокупности с имеющимися акциями в распоряжении у АО „Татспиртпром“, входящего с ОАО „Генерирующая компания“ в одну группу лиц, доля составит 31,073 процента (13,74 + 17,333 процента соответственно) голосующих акций ПАО „Татфондбанк“», — говорится в сообщении на сайте антимонопольного ведомства. В одну группу лиц Генкомпания и «Татспиртпром» входят потому, что принадлежат СИНХу во главе с Валерием Сорокиным.

Стоимость пакета можно оценить примерно в 2,345 млрд. рублей, что очень близко к сумме субординированного депозита (2,417 млрд. рублей), который прошлым летом Генкомпания разместила в ТФБ. И это навело нас на определенные соображения.

«Да, это будет конвертация. Произойдут перераспределение структуры собственных средств банка и увеличение уставного капитала. Акции Татфондбанка в процессе эмиссии будут предлагаться по номинальной стоимости, 13,74 процента акций банка в рамках новой эмиссии будут стоить порядка 2,4 миллиарда рублей, — сообщили «БИЗНЕС Online» вчера в пресс-службе Татфондбанка, добавив, что сделка входила в план по увеличению собственного капитала ТФБ.

Интересно, что ранее сам банк оценивал долю прямо или опосредованно контролируемых государством акций в 45,3%. Легко подсчитать, что после конвертации суборда госдоля превысит 59%, то есть речь может идти о национализации банка правительством РТ. Впрочем, параллельно советом директоров и акционерами уже одобрена допэмиссия акций на сумму 3 млрд. рублей. Если их выкупят частные акционеры, статус-кво сохранится.