Очередной иностранный банк покидает Россию

Шведская группа Nordea ведет переговоры о продаже «Нордеа банка».
19.09.2017
Шведская группа Nordea рассматривает возможность ухода с российского рынка, об этом «Ведомостям» рассказал сотрудник одного из крупных промышленных холдингов и подтвердили два банкира, активных в сфере M&A. С начала 2017 г. акционеры «Нордеа банка» активизировали переговоры с потенциальными инвесторами, рассказывает один из собеседников «Ведомостей», однако продать столь крупный актив сейчас достаточно сложно, учитывая ожидания собственников по стоимости. По его словам, группа в том числе допускает продажу портфеля кредитов вместо полноценной сделки по продаже банка. По данным отчетности на 1 августа, на балансе банка находились кредиты на 116,3 млрд руб.

Среди тех, с кем группа контактировала на предмет возможной сделки, Локо-банк и Совкомбанк, знают два собеседника «Ведомостей».

По итогам второго полугодия «Нордеа» занимал 39-е место в рэнкинге «Интерфакс-ЦЭА» с активами 210,7 млрд руб. Большая часть активов банка приходится на корпоративный кредитный портфель – розничный бизнес банк свернул.

Nordea работает на российском рынке с 2006 г. – тогда группа приобрела Оргрэсбанк. Группа оказалась одной из немногих, кто после кризиса не объявлял о намерениях покинуть российский рынок (см. график).

В январе этого года «Нордеа» продал свой розничный портфель на 16 млрд руб. Совкомбанку, 97% кредитов были ипотечными, остальное – автокредиты и потребительские займы. Сворачивать розницу банк начал еще с 2015 г., когда банк проанализировал динамику доходов населения, влияние девальвации, инфляции и уровень безработицы.

«Для «Нордеа» продажа розничного кредитного портфеля является важным шагом в рамках сокращения розничных операций и стратегии по построению в России корпоративно-инвестиционного банка, которую банк реализует с 2015 г.», – говорил тогда предправления «Нордеа» Михаил Поляков. Один из банкиров знает, что идее продать российский бизнес уже три года, но покупателя найти так и не удалось.

В ответ на вопросы «Ведомостей» о том, планируется ли продажа банка и рассматриваются ли другие варианты выхода с российского рынка, представитель Nordea Group сообщил, что не комментирует рыночные спекуляции и слухи. Представитель российского банка «Нордеа» от комментариев отказался.

Совкомбанк не ведет переговоров о покупке «Нордеа», передал через представителя предправления банка Дмитрий Гусев. Представитель Локо-банка говорит, что банк уже два года ищет возможности расширения бизнеса за счет покупки: «Во всех сделках покупок, которые за последние два года прошли с участием иностранных «дочек», мы участвовали в качестве претендентов. Конкретные названия банков мы называть не можем, но рассматривали только иностранные банки».

«У банка качественные активы, но большой объем кредитов, около половины портфеля, гарантированы материнским банком, что позволяет российской «дочке» выдавать кредиты, сильно превышающие 25% от своего капитала. Плюс к этому большая часть фондирования предоставлена материнским банком. Если действительно будет продажа, то для потенциального российского покупателя возникнет две сложности: первая – без вышеупомянутых гарантий нужен будет гораздо больший капитал, для того чтобы не нарушить норматив рисков на одного заемщика, а вторая – замещение фондирования», – говорит аналитик Fitch Александр Данилов.



Почему иностранным банкам стало неуютно работать в России

Бизнес банков с участием нерезидентов продолжает сокращаться. Доля 100%-ных иностранных «дочек» среди топ-30 банков по активам в 2008 г. составляла 6,1% (шесть банков), в 2012 г. – 4,6% (пять), а по итогам 2016 г. снизилась до 3,8%. Общее количество банков с участием капитала нерезидентов в отрасли упало еще заметнее: с 244 кредитных организации в 2012 г. до 174 на конец 2016 г.

Одна из причин, влияющих на сжатие сегмента иностранных банков, – повышение роли госбанков на рынке. Как показывают подсчеты НРА, концентрация банковских активов в России усиливается в пользу кредитных организаций с госучастием, причем по многим ключевым параметрам. Так, темпы прироста активов у банков с госучастием сильно превышают среднерыночные: активы топ-15 организаций с госучастием выросли в 2012 г. по отношению к 2008 г. на 94,4% (83,4% без учета Сбербанка), а в 2016 г. темпы прироста по отношению к 2012 г. составили 76,2% (91,9% без учета Сбербанка). Для сравнения: темпы прироста активов всей банковской системы составляли 76,7% и 61,7% соответственно.

В 2016 г. госбанки выдали 65,7% всех розничных кредитов и 71,7% корпоративных ссуд. Для сравнения: в 2008 г. на топ-15 банков с госучастием приходилось всего 43,8% розничного портфеля и 54,3% корпоративного. В итоге доля топ-15 кредитных организаций с госучастием в совокупных активах составляла в 2008 г. 51,2%, в 2012 г. – 56,4%, в 2016 г. – уже 61,4%.

Очевидно, что рост рыночной доли госбанков вызван не их особенно качественным обслуживанием и продуктами. Дело в том, что на фоне чистки рынка от финансово неустойчивых банков и отзыва лицензий у ряда кредитных организаций происходит переток клиентов в банки с государственным участием, а частные банки и особенно банки с участием нерезидентов сдают позиции.

В текущей ситуации иностранным «дочкам» тоже сложно развивать бизнес, и они продолжают сокращать портфели; мало кто из них продолжает активную маркетинговую политику, единицы тратятся на рекламу.

Особенно быстро сокращается присутствие в корпоративном сегменте, где помимо геополитического фактора влияет и снижение спроса на заемные ресурсы со стороны крупнейших корпораций. А за имеющийся спрос банкам буквально приходится бороться – с крупными предприятиями из системообразующих отраслей хотят работать все банки. При этом иностранные «дочки» по условиям кредитных корпоративных продуктов заведомо проигрывают госбанкам (даже по ценовым параметрам, к тому же госбанки более либеральны по ковенантам, да и фактор «административного выбора» партнеров тоже стал очень значим). Таким образом, даже при восстановлении спроса на кредиты в корпоративном секторе банки-нерезиденты скорее всего оживления не почувствуют и будут по-прежнему сокращать портфели.

В ближайшие годы снижение числа и доли иностранных банков на российском рынке, по нашим оценкам, продолжится. Причем вариант с продажей этих банков тоже маловероятен – по крайней мере, если речь идет о продаже именно банковского бизнеса, а не свернутых до состояния «оболочек» банков с лицензией, но без клиентской базы и инфраструктуры. Многие иностранные банки долго получали убытки, и для них наилучший вариант – постепенная «заморозка» и, возможно, закрытие бизнеса без генерации новых потерь.

Но все же, если говорить о сворачивании бизнеса и его полном закрытии, то окончательно уходить с российского рынка будут, видимо, банки за пределами топ-30 по активам, которые как раз больше специализируются на корпоративном сегменте или раньше работали частично также в рознице или кредитовали малые и средние предприятия. Для таких иностранных банков будущее на российском рынке пока не сулит никаких перспектив.

Кредитные организации из топ-50 продолжат работать на отечественном рынке, осуществляя точечные сделки и поддерживая текущие договоры. Небольшие банки, которые обслуживают дочерние иностранные компании, в частности – «дочки» азиатских финансовых групп, и нишевые кредитные организации, например банки, связанные с автоконцернами, также вряд ли покинут Россию. Они продолжат вести бизнес в своих сегментах, но без активного роста.

Вспоминая опасения банкиров, что иностранные банки, имеющие глобальную сеть, огромные ресурсы, дешевое фондирование, передовые технологии, к 2020 г. захватят российский банковский рынок, сейчас можно констатировать, что этот сценарий не реализуется уже точно. Даже если российский банковский рынок начнет устойчиво расти в условиях относительной макроэкономической стабильности (что тоже пока под вопросом), иностранные банки не смогут занять значимую нишу. Доминирующий госсектор и несколько крупных частных банковских структур занимают все бóльшую долю на рынке, причем процесс концентрации ускоряется. Иностранцы уходят из России, как и следовало ожидать, не захватив ее, но понеся потери.