Каким бы он ни был – брат мой Каин

Андрей Козенко – об упавшем самолете и цивилизационном разломе.
21.07.2014
Вот есть на свете сомалийские пираты. Озверевшие от бедности и отмороженные на всю голову люди с оружием. Они грабят торговые суда и иногда убивают моряков. Иногда их убивают в ответ. Как к ним относится остальной мир? Ну, как к стихийному бедствию, разновидности неизбежного зла. Переговоры с ними вести не о чем. Напалмом их выжигать – они того не стоят. Это просто другая цивилизация. В итоге, если ты плаваешь в тех краях, то кроме прочих факторов опасности, существует еще и риск быть ограбленным. Про сомалийских пиратов даже есть фильм с Томом Хэнксом в главной роли. Я все смотрел на него в роли капитана захватываемого судна и удивлялся. Он пережил нападение пиратов с таким же выражением лица, как он пережил бы тропический ливень, сильный шторм или поломку двигателя. Неприятно, но бывает.
 
Вот были у нас чеченские боевики. Отмороженные на всю голову люди с оружием. С ними приходилось вести переговоры. В основном, о выкупе людей. Но глобально говорить с ними было не о чем. Нет общих тем для бесед с людьми, которые режут другим людям глотки и снимают это на видео. С боевиками, захватившими больницу в Буденновске, можно было вести переговоры о том, чтобы освободить заложников. Но более глобальный разговор был невозможен. Салман, положи автомат и иди сеять хлеб – это нелепо. Салман как взял оружие в руки в десятилетнем возрасте, так и умер с ним в руках, застреленный в рамках очередной КТО.
 
В мире есть еще несколько стремных мест: Афганистан, Ирак, некоторые африканские страны. Что там происходит на самом деле, знают только эксперты. Какие там течения ислама друг с другом воюют, какие племена за что сражаются. Все остальные люди во всем мире знают только то, что там опасно и могут убить. Поэтому туда лучше не соваться. Это иной мир с иными правилами.
 
И есть теперь вооруженные люди в Донецкой и Луганской областях. Отмороженные и очень опасные. Некоторые из них раньше воевали в Чечне, Абхазии, Афганистане, Карабахе. Везде, где только можно, потому что война – их смысл жизни. Еще в «Ленте.ру» с полтора года назад я делал репортаж про директора Приокского заповедника – бывшего десантника-афганца. Такой классический бандит из 90-х годов, которого поставили руководить биологами. Биологи стонали и просили их спасти, а десантник вел хозяйственную деятельность, да столь успешно, что довел ее до уголовного дела и ударился в бега. Мне эта история всегда казалась смешной. До того дня, когда я увидел его фамилию в списке награжденных за взятие Крыма. Сейчас этот человек где-то в Донецкой области, ничуть в этом не сомневаюсь – там его место. А мне уже давно не смешно.
 
Руководят же этими людьми какие-то клоуны: народные губернаторы, на митингах выбранные, бывшие МММ-щики, военные реконструкторы. И тому подобные люди из совершенно параллельного нам мира. Только вот стоп. Не российская ли госпропаганда делает из этих людей святых мучеников, борцов с фашистами? Не она ли называет украинскую армию, действующую на своей территории, «оккупантами» – вы только подумайте. Не из просмотра ли российского телевидения можно сделать вывод, что в нашей стране всего два с половиной города: Донецк, Луганск и иногда Славянск? Не за этих ли ополченцев вписываются депутаты Госдумы? Не по каналу ли «Россия-24» я видел, как ЛНР и ДНР подписывают соглашение о сотрудничестве? В каком-то подвале, в камуфляже, вооруженные. Где я такое видел раньше? На НТВ во время первой чеченской.
 
Эта история нам больше не параллельна. Мы ее участники, ну или нас хотят таковыми сделать.
 
Никаких результатов расследования нет, никого конкретно пока нельзя называть виновным. Но факт есть факт: в четверг, 17 июля, вечером какой-то отморозок нажал кнопку «пуск» и сбил гражданский самолет, погубив 295 человек. Мне кажется, мало кто из погибших внимательно следил за ситуацией на Украине. Все только видели по телевизору, что сейчас там, на востоке, довольное стремное место. Там опасно и убить могут. Вряд ли что-то большее.
 
Я смотрю на истерику по этому поводу. Про то, как стремительно меняются версии с совсем диких на менее дикие. Как уверенно наши пропагандисты сваливают всю вину на украинские ПВО. Как в Интернете цепляются за любые ссылки, странные картинки, непонятно где сделанные фотографии, фейкового испанского диспетчера. И все это ради одного: ради того, чтобы оправдать этих людей, борцов с несуществующим фашизмом,защитников от абстрактных бандеровцев.
 
Но думаю я о другом. О том, что в самолете было восемьдесят детей. О том, что в самолете было порядка ста специалистов, летевших в Мельбурн на конференцию по СПИДу. О том, что в самолете были обычные туристы и транзитные пассажиры. Это не просто преступление, это тот самый цивилизационный разлом, где мы оказались по одну сторону, а нормальный мир – по другую.
 
К каждому из нас не будут относиться хуже или лучше. Лично мы-то самолетов не взрываем и с автоматами не ходим. Но просто теперь обычный мир там, а мы с нашими вооруженными клоунами здесь. Сомалийские пираты – мы начинаем понимать их лучше, возможно, подружимся. Ну, давайте попробуем с этим жить – в Луганске еще далеко не всех бандеровцев добили, а депутаты Госдумы еще не все запретили.