Как миллиардер Олег Бойко создал крупнейшую в Европе игорную империю

Cегодня Бойко интересует только финтех — он мечтает построить глобального лидера в этой отрасли.
13.02.2018
Американская актриса Шэрон Стоун была в ярости. Приехав на Каннский фестиваль, она обнаружила, что ее виллу, зарезервированную еще год назад, отдали какому-то российскому олигарху. Разгорелся публичный скандал, в котором бизнесмен поставил эпатажную точку, запустив в небо маленький самолет с оскорбительной для актрисы надписью. Эта история произошла в 1995 году, «русским олигархом» был банкир Олег Бойко. В сентябре 1996-го в Монако он возвращался на виллу с пляжа и обнаружил, что потерял ключи. Бойко попытался проникнуть внутрь через балкон, но сорвался со второго этажа и сломал позвоночник. Но сам он не сломался.

Forbes оценивает состояние Бойко в $1,2 млрд, на сверхсовременном автоматическом кресле он выделывает лихие виражи в коридорах небоскреба «Город столиц», где находится офис его инвестхолдинга Finstar. Жовиальность и любовь к экстравагантным выходкам его не покинули. За столом в офисе Бойко стоит бейсбольная бита, сотрудники Finstar рассказывают, как миллиардер может мчаться по коридору, размахивая и стуча по полу спортивным снарядом, когда сотрудники IT-отдела что-то неправильно настраивают. Знакомые называют его балагуром и душой компании. Сам Бойко уверяет, что давно и абсолютно счастлив: «У меня даже плохого настроения не бывает».

Русская рулетка

Едва ли хорошее настроение постоянно сопровождало Бойко в 1996 году, когда во Франции он переезжал из одной больницы в другую. Тяжелым ударом для бизнесмена был и крах в России его торговой сети «ОЛБИ» и банка «Национальный кредит», которым на момент отзыва лицензии владел Национальный фонд спорта. Один из богатейших людей России потерял все и на долгое время исчез. Вернуться в бизнес помогли знакомства. У Бойко был небольшой ресторанчик в центре Москвы, который посещал весь цвет российского бизнеса. Там Бойко познакомился с Александром Абрамовым, в 1999 году они начали скупать долги металлургических предприятий, а после консолидировать их активы — так появилась компания «Евраз». В 2004 году Бойко продал свою долю 25% за $600 млн. Он говорит, что его миссия в «Евразе» на тот момент закончилась, а долго оставаться в циклической металлургической отрасли было уже некомфортно. Кроме того, был риск, что крупный актив, полученный путем банкротств и корпоративных войн, будет привлекать к себе излишнее внимание государства.

В 2005 году Абрамов вывел «Евраз» на IPO, сегодня капитализация металлургического гиганта составляет $6,5 млрд. «Мы шутим, что лучшей инвестицией для Бойко было бы ничего не делать с «Евразом» и отдыхать на Канарах, — говорит бывший сотрудник Finstar. — И все равно он был бы богаче, чем сейчас». Сам бизнесмен с такой идеей едва ли согласен. На своей яхте, 44-метровой Blade, он начинает скучать уже через пару дней. А самой удачной инвестицией считает покупку за $6 млн в 2002 году игорной сети «Вулкан» с парой десятков залов.

Под руководством Бойко и его партнеров «Вулкан» превратился в крупнейший игорный холдинг Восточной Европы Ritzio Entertainment с годовой выручкой около $1 млрд. Бойко вспоминает, что бизнес обладал фантастической маржинальностью: прибыль могла доходить до $800 млн. «Это была хорошая денежная машинка, — говорит он. — А потом ее выключили». Выключил лично президент Владимир Путин, подписав в 2006 году закон, запретивший азартные игры в России везде, кроме четырех специальных зон. В 2009 году аналогичный запрет ввела Украина, и выручка Ritzio в 2010 году рухнула до $154 млн. «Обидно, — признавался тогда Бойко. — Создали крупнейшую в мире в своем формате компанию, даже успели подписать мандат на IPO…» У Ritzio остаются игорные залы в Германии, Италии, Румынии и Хорватии, но для Бойко это уже «несущественная часть бизнеса».

На руинах игорной империи Бойко пытался выстроить новый бизнес. В залах, из которых выносили игровые автоматы, в 2007–2009 годах запускались лотереи и букмекерские конторы. Finstar инвестировал в продуктового ретейлера «Смак» и сеть ювелирных магазинов «Ювелюкс». Почти все проекты оказались неудачными. Впрочем, еще один раз бизнесмену удалось повторить успех, как с «Вулканом», но в более скромных масштабах. В 2007 году он купил у пары предпринимателей Ларисы и Павла Карабань 75% петербургской парфюмерной сети «Рив Гош». К августу 2012 года «Рив Гош» превратилась во второго по величине продавца парфюмерии и косметики с 190 магазинами по всей России. Тогда Бойко продал контроль в сети экс-владельцам «Ленты» Августу Мейеру и Дмитрию Костыгину. Знакомые Бойко говорят, что на этой сделке он мог заработать до $200 млн.

Выгодно удалось продать и последний крупный игорный актив — американского производителя слот-автоматов Cadillac Jack (CJ). Бойко купил компанию в середине 2000-х за $16 млн, вложил в развитие $50 млн и продал в 2012 году за $177 млн. Покупателем стал Дэвид Баазов, создатель малоизвестной канадской компании Amaya, владельца покерного онлайн-стола. Бойко говорит, что его полностью устроила цена, которую предложил Баазов, а перспектив роста для CJ он уже не видел. Зато разглядел Баазов: через пару лет он перепродал CJ уже за $375 фонду Apollo Global Management.

Покупку CJ профинансировал фонд Blackstone. Сделка с Бойко помогла Баазову наладить отношения с кредитным отделом фонда. После этого он полтора года уговаривал Blackstone войти в капитал Amaya, выкупив акции с огромной наценкой. Партнер нужен был Баазову, чтобы исполнить давнюю мечту и стать владельцем компании Rational Group, которая владела самой популярной в мире игровой онлайн-площадкой PokerStars c 89 млн зарегистрированных пользователей. Сделка казалась невозможной: выручка Amaya даже после покупки Cadillac Jack составляла $140 млн, PokerStars приносила владельцам $417 млн одной только чистой прибыли при выручке $1,13 млрд. Но Баазову удалось уговорить Blackstone, а также ряд фондов и банков профинансировать сделку, и в августе 2014 года Amaya выкупила PokerStars за $4,9 млрд.

«Фантастическая сделка, — говорит Бойко. — Баазов показал себя бизнесменом, способным не только на управление, но и на выстраивание партнерств». Знакомые Бойко говорят, что именно он подсказал Баазову, как сконструировать сделку, сам глава Finstar признает, что часть денег от продажи CJ инвестировал в небольшой — около 5% — пакет Amaya. Экс-менеджеры Finstar говорят, что у Бойко были амбиции по участию в управлении PokerStars, но из этого ничего не вышло, покупка акций так и осталась финансовой инвестицией. После покупки PokerStars Amaya была переименована в Stars Group, за 2014 год ее акции взлетели в три с половиной раза.

В марте 2016 года канадский регулятор рынка ценных бумаг обвинил Баазова в инсайдерской торговле и манипулировании рынком ценных бумаг, в августе создатель Amaya был уволен с поста CEO. «Пока судебная история не закончилась, у меня нет каких-то негативных ощущений по поводу Баазова, — говорит Бойко. — В Америке достаточно жесткое регулирование, суды регулятора с компанией — вполне обычная практика». Несколько месяцев назад он продал пакет Stars Group, зафиксировав прибыль «более сотни миллионов долларов».

Океан финансов

Как-то летним вечером в Юрмале Олега Бойко окружила на набережной толпа девушек в обтягивающих футболках и коротких шортах. Приехавший в город на очередной фестиваль «Новая волна» харизматичный миллиардер не смог проехать мимо сексапильных красоток, праздновавших девичник и собиравших у прохожих деньги в обмен на разные мелочи. Он дал девушкам несколько купюр.

Интересы Бойко в Латвии не ограничиваются музыкальными фестивалями и пляжными приключениями. Он активно инвестирует в латвийскую недвижимость, а в 2011 году купил долю в местной микрофинансовой компании 4finance. Продавцами, как он говорит, выступили два влиятельных латвийских бизнесмена Ульдис Арниканс и Эдгарс Дупатс. Последний женат на дочери бывшего латвийского премьера Андриса Шкеле. А Арниканса один латвийский бизнесмен характеризует в разговоре с Forbes как активного инвестора с интересами в нефтяной и авиационной отраслях, а также политике.

Бойко не раскрывает объем инвестиций, но источник в 4finance говорит, что он вложил в компанию более €100 млн. 4finance выдает онлайн-займы почти в двух десятках стран, в том числе в Мексике и Аргентине. Арниканс и Дупатс до сих пор партнеры Бойко, им принадлежит по 25,5% 4finance, доля российского миллиардера оформлена на семейный траст. Источник Forbes говорит, что Шкеле и его окружение уже не имеют большого влияния в стране, но бывший премьер сохраняет хорошие отношения с местным финансовым регулятором, что каким-то образом может способствовать развитию бизнеса 4finance. С 4finance связаны и другие влиятельные люди Латвии, например в облигации компании инвестирует бывший вице-мэр Риги Андрис Америкс.

Зачем Бойко инвестировал в финтех-компанию? Он шутит, что увлекся финтехом еще в СССР. В 1988 году он с товарищами заработал первые деньги на продаже компьютеров и программ госпредприятиям. За технику покупатели расплачивались по безналу, а снять деньги со счета в банке можно было только с внушительной комиссией 20%. Тогда партнеры придумали схему: они направляли своему кооперативу дискеты с ПО наложенным платежом. Кооператив расплачивался чеком, а отправитель получал наличные, заплатив комиссию 2%. «На эту разницу между 2% и 20% мы и жили», — шутит Бойко.

Сейчас масштаб бизнеса другой. Finstar активно инвестирует не только в 4finance, но и в другие финтех-компании. Например, в 2016 году инвестировал совместно с Holtzbrinck Ventures €31,5 млн в немецкий сервис кредитования малого и среднего бизнеса Sportcap и в P2P-площадку on-line кредитования для физ лиц Viventor, работающей в том числе на испанском и польском рынках. Сделаны инвестиции в сервисы Rocket10 и Billfront, занимающиеся онлайн-маркетингом.

Все компании, в которые инвестирует холдинг, обмениваются опытом и сервисами. Бойко мечтает построить глобального финтех-лидера. «Сегмент, в котором мы работаем, — самый большой голубой океан в мире, — считает миллиардер. — Не могу представить вторую такую отрасль, где отсутствует серьезная конкуренция. Мы работаем с людьми, которые сейчас исключены из сектора финансовых услуг: делаем продукт для тех, кто или не проходит банковский скоринг, или недоволен качеством услуг — underbanked и underserved, как мы их называем. Все их потребности могут быть удовлетворены существующими технологиями, главное — увязать их в правильную мозаику». Чтобы мозаика сложилась, Бойко готов потратить еще до $150 млн, его интересуют компании в сфере платежных систем, маркетинга, обработки данных и управления кредитными рисками.

Есть ли уже результаты? «У Finstar сформировался большой набор активов, это отражает стратегию — развивать кредитование в разных странах, — говорит партнер венчурного фонда Target Global Михаил Лобанов. — Когда ты работаешь на 30 рынках, возможно, на каких-то у тебя выходит не очень успешно, но по большинству стран Finstar показывает очень хорошие результаты». Лобанов отмечает, что Spotcap — одна из крупнейших площадок для P2P-кредитования малого и среднего бизнеса в Германии, где успешно конкурирует с одним из европейских лидеров Finding Circle.

4finance в 2016 году получила €63 млн прибыли и сейчас растет впечатляющими темпами: с 2012 года к третьему кварталу 2017 года портфель займов компании вырос на 650%, до €720 млн. Не в последнюю очередь за счет приобретения в 2016 году TBI Bank, работающего в Румынии и Болгарии. «4finance за последние годы проделала колоссальную работу, — рассуждает Михаил Лобанов. — Она сместила свою бизнес-модель от PDL (pay-day-loan — кредиты до зарплаты) к выдаче кредитов с более длинным сроком и более низкой ставкой для заемщика. Ставки 4finance по-прежнему выше предлагаемых, например, старейшей компанией на рынке онлайн-кредитования Zopa, однако и целевой сегмент у них другой. 4finance — безусловный лидер европейского альтернативного кредитования и вообще являет собой уникальный кейс практически по всем финансовым показателям, существенно превосходя конкурентов в потребительском кредитовании». Бойко рассчитывает, что в среднесрочной перспективе бизнес будет расти на 20–25% ежегодно за счет новых видов кредитов, а также выхода на латино­американские рынки.

Неудачное кино

Голливудские звезды Микки Рурк, Брюс Уиллис и Джессика Альба позировали фотографам на премьере фильма «Город Грехов 2: Женщина, ради которой стоит убивать». Режиссер Роберт Родригес в черной ковбойской шляпе расхваливал свою новую ленту: «Потрясающий подбор актеров. Идите, посмотрите, что мы сделали, скоро мы вернемся с третьим фильмом».

Ожидания не совпали с реальностью. Сборы первого «Города грехов» почти в четыре раза превысили вложенные в него $40 млн. Сиквел же, вышедший в августе 2014 года, провалился и собрал всего $39,4 млн при бюджете $65 млн. А через несколько месяцев Родригес подал в Верховный суд Лос-Анджелеса иск к супругам Сергею и Марине Беспаловым, владевшим продюсерской компанией Aldamisa Entertainment, которая финансировала съемки «Города грехов». Режиссер обвинил продюсеров в том, что те так и не возместили ему около $7,7 млн, которые он потратил на съемки из собственного кармана. Беспалов пригрозил режиссеру встречным иском на $50 млн, и Родригес от обвинений отказался.

Не только режиссер потерял деньги на втором «Городе грехов». Одним из инвесторов фильма был Олег Бойко, его привлек как раз Беспалов. Бойко приехал в Лос-Анджелес, прожил там полгода и завел знакомства с голливудской публикой. Бойко говорит, что составлял рейтинг самых успешных режиссеров и обнаружил, что среди них нет ни одного всемирно известного имени, а коммерчески беспроигрышный вариант — дешевые ужасы. Сейчас он вспоминает этот опыт как большое приключение, но желания повторить его у него, по-видимому, нет. Еще во время съемок «Города грехов» Бойко должен был выступить основным инвестором режиссерского дебюта Скарлетт Йоханссон «Летний круиз», но проект так и не стартовал.

Сейчас Бойко с интересом смотрит в сторону биотехнологий. Сказывается профессиональный опыт матери — она биолог. Бойко интересны проекты в области увеличения продолжительности жизни. Он уверен, что на рынке не хватает инвестора, который мог бы объединить достижения, сделанные лабораториями, которые работают в многочисленных узких направлениях. Инвестиции в такой проект — если не вкладывать в сами исследования — он оценивает в «десятки-сотни миллионов долларов».

Но это все планы на будущее. В 2000-е Бойко вел несколько проектов одновременно, сейчас же он всю свою энергию тратит на финтех. «Он обо всем хочет знать, все вопросы проходят через него, постоянно звонит и спрашивает, как продвигается тот или иной проект, — рассказывает бывший сотрудник Finstar. — Иногда возникают узкие места: вопрос может висеть и долго не решаться, потому что у Бойко на все не хватает времени».

Глава Finstar создает компанию, которая могла бы по аналогии с Ritzio стать для него механизмом для бесперебойного зарабатывания денег. Через несколько лет бизнес можно было бы вывести на IPO. Как именно можно сгруппировать разрозненные финтех-бизнесы Finstar, он пока говорить не берется.

Бойко не раз строил успешные бизнесы, но ни один из них так и не вывел на IPO, хотя и планировал. В случае с «Рив Гош» помешал кризис, с Ritzio — запрет на игорный бизнес. Получится ли у него в этот раз?