Игорь Водопьянов: Не стоит заниматься бизнесом. Идите в госкомпании

В программе "Лушников" предприниматель, экономист, руководитель управляющей компании "Теорема" Игорь Водопьянов максимально честно и безжалостно рассказал, каковы отношения властей со строительным бизнесом, и о том, можно ли изменить что-то в России.
26.02.2016
 - Как в Петербурге организуется строительный бизнес? У нас вроде как меняется председатель комитета по строительству.

– Есть одна проблема. Всего одна. Законодательство, будь оно плохое или хорошее, не соблюдается. Не по инициативе бизнеса. Его не соблюдает само государство. Чиновники руководствуются революционной целесообразностью и занимаются ручным управлением. Когда проблема назревает настолько, что ее нельзя не решить, они как-то раком-каком ее решают. А текущую нормальную работу они организовать не в состоянии.

- Почему? Квалификация плохая? В Смольный же приходят работать люди не пальцем деланные.

– Для них бизнес — и любое частное проявление — является неким обременением. Это препятствия на пути их карьерного роста. Они не считают ценностью, что кто-то в городе строит жилые дома. Потому что в этих домах потом появляются жители. А жители что-то начинают от власти требовать. И создают дополнительные проблемы для функционирования власти. А если все это на корню остановить, то и проблем будет меньше. При этом у них главной задачей является отчетность. У них нет задачи развития города, страны. В этом проблема.

- Тем не менее существуют люди, которые за дело радеют.

– Да, вот один из них как раз написал заявление об уходе по собственному желанию с поста председателя стройкомитета. Господин Демиденко действительно радел за свое дело. Может быть, следующий будет лучше него, посмотрим.

- Говорят, полтора-два года уходит, чтобы разобраться в теме.

– На его место пришел его заместитель, который разбирается, чем занимался господин Демиденко. Так что, может быть, быстрее пойдет.

- Получается отрицательная селекция. Мы видим председателей комитета по строительству, один выполнял годовой заказ по бюджету на 55%, Демиденко — 75%. Почему те, кто пытается что-то делать, вынуждены уходить?

– Процесс строительства в Петербурге одинаково плохо организован как для частных компаний, так и для государственных подрядчиков. Подрядчикам госзаказа приходится тоже проходить через бюрократическую систему. Я не думаю, что следующий председатель стройкомитета будет выполнять бюджет на 100%, это недостижимая цифра. Основная проблема — отсутствие целеполагания, как в развитии города, так и в развитии страны. Мы же видим, к чему призывает руководство нашей прекрасной Родины: мы страна не европейская, архаичная, нам не нужно перенимать какие-то ценности, мы сами все рашпилем выточим из большого куска металла. Но «Мерседес» пока не получается. Градозащитники дуют в ту же самую дуду: все было построено до вас, вы только хуже сделаете.

- Но если ничего не делать, то все, что было построено раньше, будет только разрушаться.

– Чтобы все это преобразовывать, надо чтобы либо государство выделило страшные деньги на ремонт всех домов в Питере, либо бизнес. А у бизнеса должен быть какой-то экономический смысл в этом. А те дома, которые стоят и разрушаются, плохи для проживания, потому что их планировки получены в результате нарезки больших квартир на маленькие после революции. И под бизнес-цели внутренние планировки нужно менять. Нужна какая-то законодательная инициатива, которая позволила бы что-то делать в центре города. Я, например, разговаривал с господином Макаровым, который возглавляет КГИОП, очень профессиональный человек. Он говорит: «Законодательство такое, что я ничего тебе не могу позволить делать в центре. Что бы ты ни делал, ты что-то нарушишь».
 
- Но есть же мировые практики.

- Мировые практики — это все западные придумки Гейропы. А у нас свой особый путь.

- А свой особый путь — пусть все развалится, но ничего не будем делать?

– Мы сейчас вообще не думаем о том, развалится все или нет. Мы на данный момент считаем, что ничего не надо делать. Задача — консервация той системы, которая есть. Если ничего не будем делать, мы не ошибемся.