Геополитика мочевины

На место политическим аргументам в лондонских судах по делу «Тольяттиазота» пришли корпоративные.
30.03.2017
Собрание акционеров ОАО «Тольяттиазот» состоится 29 апреля 2017 года. Решение об этом принял Совет директоров компании на заседании, состоявшемся 21 марта 2017 года. А список лиц, имеющих право на участие, будет составлен по состоянию на 5 апреля 2017 года.  Список акционеров «Тольяттиазот» последние десять лет напоминает расстрельный. В том смысле, что контрольный пакет акций компании принадлежит людям, которые уже давно не могут попасть в Россию. Более того, они категорически отказываются от этого, несмотря на настойчивые приглашения российских следственных органов. Тем не менее они продолжают контролировать крупнейшего производителя удобрений. У которого, кстати, большие планы с политической подоплекой.

Логистические схемы

У «Тольяттиазота» большие производственные планы. Главная задача - увеличить производство карбамида (мочевины), популярного азотного удобрения. Сейчас на предприятии ведется обновление второго агрегата по производству карбамида. А уже в этом году начнется строительство третьего. В результате производственные мочевинные мощности «Тольяттиазота» вырастут вдвое - с 950 тыс. тонн до 2 млн тонн в год. Соответственно сократятся продажи аммиака - основного сырья для производства карбамида.

«ТоАЗ» - крупнейший в РФ производитель и экспортер аммиака (занимает около 20% российского рынка и 11% мирового). Сейчас большая его часть уходит по аммиакопроводу в Одессу - на Одесский припортовый завод (ОПЗ), а затем экспортируется в США. Таковы были условия контракта, заключенного еще в советские времена с компанией
Арманда Хаммера. В 2016 году российское предприятие прокачало через территорию Украины 1790 тыс. тонн аммиака из общего объема в 2376 тыс. тонн. (производственные мощности позволяют выпускать около 3 млн тонн).

По расчетам «Укрхимтрансаммиака» - главного украинского партнера «Тольяттиазота» - наращивание производства карбамида в Тольятти уменьшит объем этих поставок на 1 млн. тонн аммиака. Карбамид - обычные гранулы, для перевозки и перевалки которых уже не нужна особая инфраструктура ОПЗ. Таким образом транспортные схемы замкнутся на российские черноморские или прибалтийские порты. Это геополитический итог производственной программы «ТоАЗа». Но есть и куда более приземленный - финансовый. Никакого отношения к политике не имеющий.

Все существующие логистические схемы, похоже, работают на группу бывших менеджеров компании, которые контролируют около 80% акций «ТоАЗ». Об этом неустанно говорят представители корпорации «Уралхим» - у нее 9.73% акций «ТоАЗ». «Уралхим», к слову, контролирует рижский терминал по перевалке и временному хранению сыпучих минеральных удобрений. Первая очередь терминала мощностью 2 млн тонн сыпучих грузов в год была сдана в эксплуатацию в 2013 году . И ждет не дождется эшелонов с мочевиной из Тольятти.

Уголовно-гражданская война

История с обвинениями менеджеров-владельцев «ТоАЗ» в утаивании прибыли через логистические схемы и многочисленных посредников уходит корнями в начало 2000-х. Она была связана с войной за само предприятие. В 2005 году ее начали структуры Виктора Вексельберга, которые попытались использовать традиционный механизм - покупка небольшого пакета акций, который затем используется в качестве плацдарма для установления контроля за всем бизнесом. Одним из весомых аргументов в такой войне, как правило, становится уголовное делопроизводство.

Владимиру Махлаю (председатель совета директоров) и управляющему Александру Макарову предъявили обвинение по 199 УК РФ. Обвинение выглядело очень простым: следствие считало, что руководство предприятия через Nitrochem Distribution AG (продавец продукции «ТоАЗ» на мировом рынке) продавало аммиак по заниженным на 20% ценам. В результате доход «Тольяттиазота» был занижен более чем на 1,2 млрд руб., а казна недополучила около 280 млн руб. налогов.

Владимира Махлая и Александра Макарова объявили в розыск, но они, по всем законам жанра, успели выехать в Лондон. Предприятие перешло на дистанционную форму правления. Попытки экстрадировать обоих персонажей также не увенчались успехом: суд отказал. В 2010-м году на волне «медведевской либерализации» уголовное преследование прекратилось. К этому времени уголовная война превратилась в гражданскую. В нее вмешалась корпорация «Уралхим» Дмитрия Мазепина, которой Вексельберг переуступил свой пакет акций в июне 2009-го года. За очень короткий срок Мазепин подал 17 исков в арбитражный суд Самарской области.

Как выяснилось, это была лишь подготовка к новому уголовному раунду - уже не налоговому, а по «мошенническому». В 2012 году на Владимира Махлая заведено дело по ст. 159 УК (мошенничество в особо крупном размере). На этот раз компанию ему составили Сергей Махлай (сын, с 2011-го возглавляет совет директоров по удаленной связи), Евгений Королев (тогдашний гендиректор «ТоАЗ»), а заодно пара швейцарских партнеров - Андреас Циви и Беат Рупрехт (руководитель Nitrochem Distribution).

Суть обвинений, тем не менее, не изменилась - менеджеры «Тольяттиазота», согласно версии следователей, продавали аммиак Nitrochem Distribution по одной цене, а та реализовывала продукт по совершенно другой. Разница составляла 20%. Свой ущерб миноритарий Мазепин оценил в 550 млн. долларов США. В декабре 2014 года швейцарцы были объявлены в международный розыск, после того как Басманный суд Москвы по ходатайству следствия заочно поместил их под арест. Но в марте 2017 года генеральный секретариат Интерпола розыск прекратил. Причины неясны, но скорее всего они связаны с предыдущим решением британского суда, который отказал России в выдаче бывшего гендиректора предприятия Евгения Королева.

Не политика, а тюрьмы

В декабре 2016 года Магистратский суд Вестминстера отказался выдавать Королева в Россию, но вовсе не по политическим причинам. Судья не увидела в деле политической подоплеки, но зато приняла во внимание установленный факт рейдерской атаки на компанию, выразив сомнения в справедливости российского правосудия. Казус Королева обещает стать настоящим прецедентом - прорывом в стратегии защиты лондонских бизнес-эмигрантов. Защитники Евгения Королева, который уехал в Лондон в 2013 году прямо с поста гендиректора компании, как и его предшественники в 2009 году использовали политический аргумент. Но он не сработал.

Судья заявила, что дело в отношении Евгения Королева не политическое, поскольку «политические взгляды г-на Королева не очевидны, и он всегда играл не политическую, а важную роль в бизнесе и, очевидно, очень серьезном бизнесе в Российской Федерации». Кроме того, по ее мнению, отсутствуют доказательства связи Мазепина с властными структурами. Зато судья не сомневается в том, что Мазепин, как и Вексельберг, являются рейдерами. А государство, по сути, представляет собой инструмент в борьбе за «ТоАЗ». По факту это заявление является политической оценкой всему государству. Причиной которого стали доказательства нажима со стороны Мазепина и работы самого следствия, которое явно оказалось не готово к испытаниям в британском суде.

Отдельного упоминания было удостоено состояние тюремной системы в России, в частности СИЗО №5 «Водник» города Москвы, куда, по мнению адвокатов, должны были отправить Евгения Королева. Условия содержания в этом СИЗО были названы неудовлетворительными - и это обоснование оказалось провидческим. В ночь на субботу 18 марта в туалете этого самого СИЗО было обнаружено тело исполнительного директора корпорации «Роскосмос» Владимира Евдокимова с несколькими ножевыми ранениями в области шеи и грудной клетки. Совершенно очевидно, что теперь данная комбинация - судебного решения и гибели Евдокимова - станут настоящей Меккой для всех защитников российских бизнес-эмигрантов. А на попытках добиться экстрадиции из Лондона поставят жирный крест.