До Георгия Беджамова дотянулась рука Михаила Фридмана

АСВ и «Альфа групп» преследуют совладельца Внешпромбанка Георгия Беджамова.
12.04.2019
Высокий суд Лондона по иску Внешпромбанка (ВПБ) арестовал активы совладельца банка Георгия Беджамова на 1,34 млрд фунтов стерлингов ($1,75 млрд), сообщил «Ведомостям» представитель банка в суде. Это произошло в конце марта, имущество заморожено по всему миру, уточнил он. Представитель Агентства по страхованию вкладов (АСВ, ликвидатор банка) подтвердил, что активы Беджамова заморожены по просьбе ВПБ.

Среди арестованных активов – виллы в итальянском Сант-Аньелло и французском Кап-д’Ай, 33% 5-звездочного Badrutt’s Palace Hotel в швейцарском Санкт-Морице, недвижимость в лондонской Белгравии, земля в Подмосковье, перечисляют собеседники»Ведомостей». Суд запретил Беджамову распоряжаться этими активами и постановил раскрыть суду другие, стоимостью свыше 50 000 фунтов, где бы они ни находились, добавляют они.

Беджамову также запрещено покидать территорию Англии и Уэльса, он должен сдать загранпаспорт.

Кроме того, Высокий суд Лондона решил ограничить траты Беджамова, продолжают собеседники «Ведомостей». Он может продолжать тратить 35 000 фунтов в неделю на аренду жилья, если у него есть соответствующий договор, а также 10 000 фунтов в неделю проживание. Также ему разрешено тратить «разумную сумму на юридические услуги и представительство», пересказывают представители истца: «Но прежде чем тратить какие-либо деньги, ответчик должен рассказать представителям истца, откуда он их возьмет». Беджамову можно проводить операции, которые не затрагивают заблокированные активы на 1,34 млрд фунтов, однако запрещено переводить деньги или активы компаниям, напрямую или опосредованно принадлежащим или подконтрольным Беджамову; кроме того, при совершении сделки или серии сделок на сумму более 50 000 фунтов нужно за 48 часов уведомить представителей истца, цитируют собеседники «Ведомостей».

За несоблюдение решения Беджамову грозит обвинение в неуважении к суду, заключение в тюрьму и конфискация активов.

Как падал ВПБ

ВПБ входил в топ-50 банков и специализировался на работе с именитыми клиентами. Его крах в январе 2016 г. стал крупнейшим случаем фальсификации отчетности в истории России: ЦБ оценил дыру в банке в 216 млрд руб.

В ВПБ обслуживались крупнейшие компании России, их топ-менеджеры, высокопоставленные чиновники и их родственники. В банке зависли деньги жен вице-премьера Дмитрия Козака и министра обороны Сергея Шойгу, зятя президента «Транснефти» Николая Токарева и родственников члена ее совета директоров Артура Чилингарова, писал Forbes. Хранились деньги сына тогдашнего главы администрации президента Сергея Иванова, депутата Госдумы Владислава Резника и его супруги, а также бывшего руководителя финансового комитета Думы Натальи Бурыкиной и др.

Возглавлявшая ВПБ Лариса Маркус, сестра Беджамова, была арестована сразу: суд приговорил ее к 8,5 года колонии общего режима. Беджамов покинул страну – в марте 2016 г. он был заочно арестован и объявлен в международный розыск. Беджамова задерживали в Монако, но оттуда ему разрешили выехать в Великобританию – по состоянию здоровья.

Суд без ответчика

Это второй успешный случай заморозки активов бенефициаров рухнувших банков для АСВ как конкурсного управляющего. В 2016 г. Высокий суд заморозил активы основателя Межпромбанка Сергея Пугачева на 75 млрд руб.

Преследование Беджамова в лондонском суде АСВ доверило А1, инвестиционному подразделению «Альфа-групп».

«Агентство взыскивает ущерб в партнерстве с А1. А1 финансирует и координирует судебные процессы, ищет активы в иностранных юрисдикциях и обращает взыскание на них», – передал «Ведомостям» гендиректор АСВ Юрий Исаев.

«Комитет кредиторов ВПБ утвердил А1, и в декабре мы подали иск в Высокий суд Лондона, поскольку Беджамов проживает сейчас там. В марте мы обратились в суд с просьбой арестовать активы», – рассказывает директор юридического департамента А1 Александр Заблоцкис.

Дело слушалось без вызова Беджамова в суд и проходило в закрытом режиме, поскольку были опасения, что он попытается покинуть страну, говорит он. В картотеке Высокого суда Лондона отметки о слушании такого дела нет, убедились «Ведомости». Приказ суда Беджамову вручили, заверил Заблоцкис. Связаться с Беджамовым или его представителями «Ведомостям» не удалось.

«Проведение заседания ex parte, т. е. без вызова ответчика и допуска слушателей, – стандартная практика лондонского суда. Высокий суд Лондона принимает решение о заморозке по заявлению истца, если тот докажет, что есть угроза, что иначе решение суда будет невозможно или трудно исполнить», – говорит партнер Nektorov, Saveliev & Partners Илья Рачков. Считается, что такой риск есть, например, когда ответчик начинает распродавать или перепрятывать активы, продолжает он. При этом у ответчика остается право оспорить наложенный арест, говорит Рачков.

Ответчики возражали, 10 апреля было слушание, но суд оставил приказ в силе, сказал Заблоцкис.

На все четыре стороны

«Ведомости» ознакомились с иском ВПБ к бывшему владельцу, представители АСВ и А1 подтвердили его подлинность. Ответчики по нему – Беджамов, его английская компания Unifleet Technology Ltd и неустановленные лица.

Беджамов, хотя не занимал управленческую должность, руководил банком вместе с сестрой, говорится в иске. «Вместе они спланировали и согласовали мошенническую схему, которая была реализована Маркус по указанию Беджамова» с мая 2009 г. по декабрь 2015 г. Эта схема, по версии истца, включала четыре типа сделок: выдачу фиктивных кредитов аффилированным с банком компаниям, выдачу кредитов и списание средств со счетов клиентов без их ведома, а также выдачу заведомо невозвратных кредитов подставным компаниям.

По фиктивным сделкам ВПБ выдавал кредиты аффилированным с Маркус и Беджамовым компаниям (включая Unifleet), говорится в иске. В системах банка делались отметки о выданных средствах, хотя фактически они выданы не были, сказано в документе. Эти деньги шли на погашение реальных обязательств Беджамова и иных, аффилированных с ним, лиц перед банком. В результате этих действий Беджамов и подконтрольные ему компании получили не менее 3,1 млрд руб., или порядка 35 млн фунтов стерлингов, заключается в документе.

Пример: фиктивный кредит на $5 млн ВПБ выдал 31 января 2014 г. кипрской Astartea Management. Она в тот же день конвертировала эту сумму – 180 млн руб. – и перевела их на счет торгового дома «Стеклостандарт», открытый в ВПБ. «Стеклостандарт» использовал эти деньги, чтобы расплатиться по своей реальной задолженности перед ВПБ, всего было проведено семь таких платежей, отмечается в иске. «Стеклостандарт» контролируется Беджамовым, что было установлено на допросах при расследовании уголовного дела в России. Бывший гендиректор «Стеклостандарта» Максим Вознесенский признался, что возглавить компанию ему предложил Беджамов – тот является владельцем компании.

Кроме того, банк тайно заключал кредитные договоры с клиентами без их ведома, говорится в документе, эти деньги поступали на счет клиента, после чего их снимали наличными по поддельным документам. С мая 2009 г. по декабрь 2015 г. было выдано 124 таких кредита. Долг по ним сейчас не менее 5,4 млрд руб.

Группа лиц во главе с Беджамовым и Маркус тайно снимала средства с депозитов клиентов, говорится в иске. Клиенты ВПБ об этом не догадывались – им предоставляли фальшивые выписки, в которых эти операции не отражались. С декабря 2014 г. по август 2015 г. таких случаев было минимум 44 на сумму 7 млрд руб.

Также ВПБ выдал кредиты компаниям-пустышкам. Они были заведомо невозвратные: компании (часто офшоры) не вели никакой деятельности, получение кредитов в отчетности не отражали. ВПБ определил кредиты подставным компаниям в первую категорию качества, а кредитное качество заемщиков оценено как хорошее или отличное – это позволяло банку не создавать резервы. Таких кредитов было более 1000, а долг по ним сегодня – 101 млрд руб. В результате этих сделок ВПБ был нанесен ущерб на 116,6 млрд руб. (около 1,4 млрд фунтов), говорится в документе.

Маркус и Беджамов обсуждали деятельность банка и принимали совместные решения, причем Маркус находилась под влиянием брата: она представляла решения брата сотрудникам банка как свои собственные, говорится в иске. Беджамов постоянно присутствовал в головном офисе банка на Комсомольском проспекте. У него был кабинет сначала на пятом, а потом и на девятом этаже, где располагались кабинеты менеджмента ВПБ. Также у Беджамова был доступ ко всем помещения банка, в том числе и в офис Маркус, отмечается в иске. Время от времени Беджамов раздавал указания сотрудникам банка и они выполнялись, говорится в иске.