«Чёрное золото» только для своих

Российские нефтяные олигархи гораздо богаче зарубежных коллег, а рабочие, наоборот, значительно беднее.
09.01.2017
В одном из последних номеров «Нашей Версии» мы подняли тему зарплат руководителей сырьевых государственных корпораций России, сравнив их доходы с коллегами из стран Запада. Сравнение оказалось явно в пользу отечественных топ-менеджеров, чем вряд ли стоит гордиться. Их гигантские доходы слишком нарочито контрастируют не только с уровнем жизни подавляющего большинства россиян, но и с зарплатами рядовых сотрудников этих же компаний, а также с результатами их работы.

Доходы топ-менед­жеров крупнейших гос­компаний и в России, и во многих развивающихся странах, как правило, не принято было разглашать в широком доступе. Общественности приходилось рассчитывать лишь на журналистские расследования либо на откровенность данных вип-персон, редко свойственную высокопоставленным чиновникам. В начале 2015 года вышло постановление премьер-министра РФ Дмитрия Медведева, обязывавшее руководителей госкорпораций открыто публиковать сведения о своих доходах. Однако вскоре последовал шаг назад. Те госкомпании, которые имеют статус ОАО, были сочтены коммерческими организациями.

Значит, их топ-менеджеры не госслужащие, а предприниматели, а посему требование раскрывать доходы посягает на «нарушение коммерческой тайны». Общественность, разумеется, возмутилась таким бюрократическим эквилибром. В итоге было принято «компромиссное» решение: главы тех компаний, где есть и частные акционеры, будут отчитываться за свои доходы – но не публично, а перед правительством, то есть кулуарно. Тем не менее ряд чиновников решились на обнародование своих деклараций, а в отношении многих других топ-менеджеров хватает журналистских расследований, что позволило в сумме создать стройную картину.

Годовая премия руководителя госкомпании в России устанавливается в размере 140–150% его годового денежного вознаграждения. Начнём с самого принципа установления размера зарплаты руководителю госкомпании. Если вы думаете, что его определяет государство, то ошибаетесь. Как правило, должностной оклад и бонусы для главы госкорпорации определяются решением совета директоров. Сколько будут получать другие топ-менеджеры, определяет в большинстве случаев руководитель компании. К окладу добавляются ещё и доплата за участие в работе правления, и надбавка за работу с государственной тайной, и командировочные расходы, и представительские расходы, и компенсация расходов на аренду жилья, и компенсация затрат на обучение детей, и вознаграждение за работу в органах управления дочерних обществ...

А также годовые премии, премии за реализацию значимых проектов, премии в случае награждения государственными или ведомственными наградами. Причём «нормативный размер» годовой премии руководителя госкомпании может быть установлен в размере 140–150% его годового денежного вознаграждения! И ещё пенсионное корпоративное страхование, пожизненное бесплатное медицинское обслуживание, в том числе для членов семьи, «золотой парашют» (выплата при увольнении суммы, равной полугодовой зарплате).

А как среди гигантов?

Впрочем, лучше сравнивать российские компании, входящие в топ-6 крупнейших нефтегазовых компаний мира, с такими же колоссами, существующими в развивающихся странах. Например, третье место в мире по объёму добычи занимает Национальная нефтяная компания Ирана – 327 млн тонн за 2015 год. Зарплата рядового сотрудника в этой отнюдь не богатой стране составляет в среднем 4 тыс. долларов в месяц, а ежемесячная зарплата топ-менеджера, по слухам, примерно 45 тыс. долларов.

Особенно обидно, что речь идёт о госкомпаниях, работающих в нефтегазовой сфере. То есть не о тех предпринимателях, кто создал какой-то новый интересный продукт, а о тех, кто просто выкачивает сырьё из российских недр. Недр, принадлежащих по большому счёту, как и вся территория нашей страны, всему российскому народу. Средняя зарплата члена совета директоров нефтяной компании в России – 1,17 млн рублей в месяц.

Вот статистика российских средних месячных зарплат в нефтяной и газовой сферах. Бурильщик скважин – 46 тыс. рублей; оператор установки, взрывник, главный маркшейдер, главный технолог, геофизик – от 56 до 67 тыс.; геолог – 82 тыс.; инженер по бурению – от 100 до 150 тысяч... Размеры весьма внушительные для провинциальной России. Даже самая низкая зарплата здесь – рядового бурильщика – значительно превышает средний уровень заработка населения по России. Нефтяная и газовая отрасли по этому показателю уступают разве что работникам банковской сферы. Впрочем, стоит учитывать, что эта работа, как правило, ведётся в глухих уголках страны, зачастую на Крайнем Севере – там, где цены на продукты на порядок выше, чем на уютном, обжитом «материке». Так что особенно не пороскошествуешь на эти зарплаты...

А вот чтобы перейти к зарплатам начальствующего состава, надо преодолеть просто-таки космическую пропасть. Внимание: средняя зарплата директора фирмы – 600 тыс. рублей, средняя зарплата члена совета директоров компании – 1,17 млн рублей. Напоминаем: не в год, а в месяц!

А теперь давайте сравним эти показатели с зарплатой нефтяников в зарубежных странах. Начнём с интегрального понятия «средняя месячная зарплата по отрасли». Разумеется, средняя температура тела по больнице не отражает состояние больных. Но в данном случае этот показатель слишком впечатляющ. Судите сами. Для России средняя зарплата в нефтяной сфере составляет 150 тыс. рублей в месяц, то есть примерно 2,5 тыс. долларов США. Причём, сами видите, этот показатель за счёт директоров намного превышает реальную зарплату обычных работников. Что мы видим в странах Запада? Мировыми лидерами по уровню среднемесячного заработка среди работников нефтяных скважин являются австралийцы – около 14 тыс. долларов. Далее следуют нефтяники из Норвегии – 13 тыс., Новой Зеландии – 11 тыс., Нидерландов, Канады, США – 10 тыс., Франции – 8 тыс. долларов.

В Казахстане среднемесячная зарплата оператора на скважине – 2100 долларов. Как сами видите, мериться зарплатами России со странами Запада не с руки. Разумнее нам отправиться за аналогиями в третий мир, то есть к развивающимся странам, среди которых немало государств с нефтяными месторождениями. Как правило, во всех этих странах уровень зарплат в этой отрасли значительно превышает общенациональную среднюю зарплату. Сравним не только уровень зарплат, но и величину прибыли, нормы добычи и переработки. В качестве нормы отсчёта возьмём нефтяную российскую госкорпорацию «Газпром нефть». За 2015 год её годовая добыча сырья составила 79,7 млн тонн, а переработка – 43,1 млн тонн в год. Годовая прибыль «Газпром нефти» – 110 млрд руб­лей (1,8 млрд долларов).

И, наконец, доходы топ-менеджеров. Точных данных по «Газпром нефти» найти не удалось, но если ориентироваться на уровень доходов топ-менеджеров в головной компании, «Газпроме», то в среднем они составляют около 312 млн рублей (5 млн долларов) в год, или 420 тыс. долларов в месяц. И это при том, что у «Газпрома» с каждым годом всё растёт корпоративный долг. Размер же средней зарплаты рядовых сотрудников мы уже приводили выше – 45–80 тыс. рублей (700–1300 долларов) в месяц. А теперь сравните. В Казахстане, где тоже действует госкомпания «КазМунайГаз», среднемесячная зарплата оператора подземного ремонта скважин составляет 2140 долларов в месяц. Инженерно-технические работники, имеющие высшее образование и соответствующий опыт, получают ещё более высокую зарплату. И это при том, что по итогам 2015 года объём добычи нефти и газоконденсата составил всего лишь 23 млн тонн, а прибыль компании – 495 млн тенге (92 млн рублей).

Нефтяные боссы в Азербайджане получают до 200 тыс. долларов в месяц, а в Иране и того меньше. А теперь посмотрим, например, на Азербайджан, где экспорт нефти и газа, как и в России, является бюджетообразующей статьёй. В этой сфере там доминирует государственная компания SOCAR. Несмотря на то что устроиться туда – мечта для многих рядовых азербайджанцев, зарплаты в госкомпании отнюдь не поражают воображение. Сотрудники офиса получают 400–600 манатов (17–25 тыс. рублей) в месяц. Те, кто работает на буровых установках в открытом море, побольше – 1000 манатов (45 тыс. рублей) в месяц. Как нам рассказал один компетентный бакинец, пожелавший остаться неизвестным, главный секрет в том, что для «своих» там существуют ещё и «конверты», увеличивающие реальную зарплату в несколько раз.

Разумеется, практически весь топ-менеджмент относится именно к этой категории. Президент SOCAR Ровнаг Абдуллаев, как и правящая династия Алиевых, – выходцы из Нахичевани, азербайджанского эксклава на территории Армении. Принадлежность к «нахчывани» – это «золотая карта» для того, чтобы попасть в SOCAR в круг «своих», то есть «конвертополучателей». По кулуарной информации от данного анонимного источника, топ-менеджмент, в том числе 10 вице-президентов госкомпании, получают... около 300 тыс. манатов (13 млн рублей – 200 тыс. долларов) в месяц. Как видите, по российским меркам – весьма скромная сумма...